«В стилистике управления Москвой не было места гражданскому обществу»


28 сентября президент Дмитрий Медведев отправил в отставку мэра Москвы Юрия Лужкова. «Филантроп» опросил экспертов и руководителей НКО о том, как складывались их отношения с городским правительством, что им хотелось бы в этих отношениях изменить, и что они ожидают от нового мэра и руководства города.

Александр Аузан, президент Института национального проекта «Общественный договор»

С одной стороны, мэр все время пытался создать некоторое свое «московское общество» — у него были свои представления о том, как делать Московскую Общественную палату, какие некоммерческие организации поддерживать и как. Но должен заметить, что, по-моему, в самой системе и стилистике управления Москвой не было места такому понятию как гражданское общество, гражданская деятельность, некоммерческая активность.

Пример. Мэр создал городскую комиссию по правам человека – года три тому назад. Пригласил туда разных людей, в том числе и тех, с которыми у него складывались непростые отношения. И ни разу не встретился с этой комиссией. Ну ни разу. Он не знал, что с ней делать. И когда возник известный конфликт в связи с его идеей вывесить портреты Сталина перед 9 мая, президентский совет по гражданскому обществу предложил мэру: давайте проведем совместное заседание с вашей комиссией, попробуем разобраться в интересах разных групп граждан города и найти решение. Этого не было сделано. После этого, кстати, я и несколько других людей просто покинули комиссию по правам человека. Не потому, что нам не нравился план мэра, а потому, что выяснилось, что мэр не намерен обсуждать варианты решения проблемы. Потому что нет у него такого в мышлении. Он — некий такой сильный хозяин, для которого существует не общество, а ресурсы в городе.

Поэтому я все-таки ожидаю изменений к лучшему в отношении климата для некоммерческих организаций в Москве.

Николай Моржин, исполнительный директор Центра лечебной педагогики

Мы лично с мэром не пересекались – в Центр он ни разу не приезжал. С другой стороны, он приезжал в технологический колледж № 21, где с помощью и при поддержке Центра были открыты первые профессиональные мастерские по обучению особых молодых людей профессии. И он пообещал и сделал для них следующую ступень – так называемый «Центр ремесел», где эти молодые люди могли бы работать после окончания колледжа.

Со структурами правительства Москвы – департаментом образования, департаментом социальной защиты, комитетом общественных связей – мы сотрудничали. Сотрудничество давнее, не очень простое местами – так как любое сотрудничество не бывает всегда гладким. Но это было сотрудничество. Помещение наше арендовано у города – договор заключен на 25 лет.

Когда Москва вводила паспорта благотворительных организаций, Центр получил паспорт благотворительной организации №1 г. Москвы.

Прогнозы на будущее — сложно сказать. Дело в том, что таких детей, с которыми мы занимаемся, в городе много. Город за последние 5-7 лет эту работу довольно здорово продвинул – это я могу совершенно точно сказать. Есть места, куда могут обратиться родители с такими детьми. Смотрел город в эту сторону. Как будет дальше, не могу сказать. Поживем – увидим.

Эдуард Карюхин, руководитель Регионального общественного фонда помощи престарелым «Доброе дело»

Что касается нашего благотворительного фонда, я могу сказать по своему опыту, что ни разу правительство Москвы не поддержало никаких наших проектов, направленных на помощь престарелым, и мы ни копейки не получили. Ресурсы для всего, что мы делаем для престарелых в городе, а мы делаем не мало, — мы изыскиваем помимо правительства Москвы. Я не знаю, может быть, так и надо, чтобы быть независимым полностью… Но я думаю, что, если Москва хочет быть еще более социально ориентированной, нужны какие-то стабильные механизмы поддержки профильных НКО. Не только детских, не только женских, но и ориентированных на престарелых. Чтобы были такие разделенные по профилю программы благотворительности, сбалансированные. Вот это мне хотелось бы, чтобы в Москве наконец-то было создано.

И еще. Что касается наших пенсионеров, мы несколько лет переписывались с московским правительством с просьбой помочь, и не было позитивного ответа. Зато есть постановление городских властей, принятое в 2002 году, что пенсионеры, работающие в общественных организациях, лишаются так называемой городской пенсионной надбавки. И мы все время теряем кадры, потому что самые лучшие патронажные работники, ухаживающие и помогающие другим престарелым, как наш опыт показал, — это женщины-пенсионеры. Мы ведь платим крохи, которые не сравнить с этой надбавкой.

Были случаи, когда они оформляются все же на работу к нам, а их находят соответствующие ведомства и наказывают… Это большая проблема, и город не шел навстречу таким организациям как мы. Отсюда и пожелание к будущему городскому руководству.

Что еще хотелось бы добавить. К нам обращались не раз организации, которые инициировали создание в городской общественной палаты. Я знаю, что дело буксовало. Между тем, на наш взгляд, Общественная палата для такого мегаполиса как Москва, нужна. Чтобы все проблемы, в том числе, и которые я назвал, можно было бы с этой городской общественной трибуны обсуждать.

Наталья Ригина, директор по взаимодействию с госструктурами и международному сотрудничеству БФ «Даунсайд Ап»

У нас всегда с органами власти складывалось чудесное и плодотворное сотрудничество. Мы взаимодействуем на протяжении ряда лет с департаментом образования столицы, «Даунсайд Ап» включен в программу развития дошкольного образования в Москве с 2007 по 2018 гг. Благодаря этой программе в Москве возникла уникальная для России возможность устроить ребенка с синдромом Дауна в детское дошкольное образовательное учреждение. Кроме того, правительство Москвы предоставляет свободные места, которые зарезервированы для детей с синдромом Дауна, жителям Подмосковья. Это очень важный момент, который я хотела бы отметить. За прошлый год – Год равных возможностей – сделано очень много. Помимо прочего, «Даунсайд Ап» принимал участие в разработке законодательного акта об образовании лиц с ограниченными возможностями здоровья в Москве. Это тоже большой шаг вперед.

Следующий важный момент – это то, что в Москве развивается сеть учреждений, которые позволяют интегрировать ребенка с нарушениями интеллекта. Это «Лекотеки», «Особый ребенок», интегративные детские сады, службы ранней помощи. У нас хорошие сложившиеся отношения с департаментом социальной защиты населения, который финансировал ряд социально-ориентированных программ «Даунсайд Ап». Среди них — группа социальной адаптации на базе Центра ранней помощи «Даунсайд Ап» для московских семей с детьми с синдромом Дауна от полутора до трех лет. А также наши просветительские благотворительные акции, направленные на изменение отношения в обществе к детям с ограниченными возможностями. Мы уже на протяжении 10 лет сотрудничаем с комитетом общественных связей Москвы, который поддерживает все наши проекты, направленные на изменение отношения общества к детям с синдромом Дауна, благотворительные акции «Спорт во благо». Правительство Москвы было первым из региональных органов власти, которые поддержали День человека с синдромом Дауна. Впервые он прошел в Москве в 2006 году.

Ирина Рязанова, директор благотворительного фонда «Большая Перемена».

С помещением мы не получили поддержки от Москвы, а решили его самостоятельно, с помощью нашего Попечительского совета.

До сих пор мне не удавалось и получить субсидий или целевого финансирование своих программ. Это, может быть, зависит не только от позиции Лужкова и мэрии, но и от моих умений это делать… Я предпочитаю думать, что это мне чего-то не хватило, чем на кого-то пенять.

При этом за последнее время, по крайней мере на словах, выросла заинтересованность столичных властей в НКО. Я стала принимать участие в Общественном совете Южного административного округа, чего не было раньше. Я регулярно получаю всевозможные рассылки и приглашения участвовать в круглых столах. Мне предлагают разные формы участия и поддержки: бесплатный PR, помещения для каких-то мероприятий. Другое дело, что это не вполне то, что мне в данный момент нужно и то, чем я с легкостью могу воспользоваться. Но то, что тенденция такая появилась – очевидно. Еще лет пять назад такой направленности не было.

  1. Мизантроп

    Ну что сказать. Аннушка из посёлка «Речник» уже разлила масло, вслед за Кепкой под трамвай попадут все его братаны. Туда им и дорога.

Leave a Reply