Неискоренимая помощь: 7 тезисов о том, что такое токсичная благотворительность и что с ней делать


Давайте про «токсичную благотворительность» поговорим – что нам, работникам институциональной благотворительности, с ней делать. Что это такое, описано вот тут. Дискуссию «Грабли благотворительности» можно посмотреть здесь, отзывы участников с разных сторон – здесь и здесь.

Это для введения в контекст, впрочем, формат издания предполагает, что вы и так в нём.

Размышления после дискуссии «Грабли благотворительности», о которой можно почитать здесь.

1. Токсичная благотворительность неискоренима, как неискоренима способность людей вести себя неэтично.

Токсичная благотворительность — она не мошенническая, не противозаконная, не глупая, не политически неблагонадёжная, а именно «токсичная», то есть нездоровая, вредная для человеческой психики. И пока есть токсичные, нездоровые отношения между людьми — будет и токсичная благотворительность. И перспектив перемены человеческой природы пока не просматривается.

2. Токсичную благотворительность невозможно запретить волею властей, потому что она — не преступление, а грех.

Но поскольку грех есть сошедшая с ума добродетель, то и токсичная благотворительность будет существовать столько, сколько будет существовать способность и готовность людей помогать друг другу, и грань между одним и другим весьма призрачна. У токсичной благотворительности нет однозначных формальных признаков, по которым её можно было бы отделить во всех случаях от благотворительности нетоксичной. Любые попытки навести в этом занятии порядок средствами закона упрутся в неизбежную экспертократию и бесконечные споры одних специалистов с другими.

Токсичная благотворительность основана на неуважении одних людей к другим, а это слишком необходимая часть человеческой коммуникации, в неё невозможно влезть в неё с законами. Это лечится культурой и добровольной дисциплиной, а не правилами и наказаниями.

Например: значительная часть токсичных сборов основаны на вере в чудо, в последний шанс, в то, что если очень постараться и собрать много денег, то непременно получится. Подобная вера может причинить много вреда, начисто убивая возможность адекватного анализа действительности. Но, с другой стороны всякий, кто хоть сколько-нибудь долго проработал в нашей сфере, знает: именно те, кто верит в невозможное, его и совершают. Без фанатичного следования за мечтой, которая кажется безумной самым уважаемым экспертам по реальности – никогда не было бы большинства благотворительных инициатив, и не было бы спасено множество жизней и не было бы исправлено множество кривых судеб. 

3. Также против токсичной благотворительности не очень хорошо помогает рациональная аргументация.

Будучи связана с вещами очень энергетичными, ресурсными, значимыми, такими, как смерть, здоровье, деньги, доверие и так далее, токсичная благотворительность представляет собой мощный эмоциональный «наркотик», дающий своим адептам массу сильнейших переживаний.

Токсичная благотворительность — эмоционально выгодное занятие, и бороться с ним логическими построениями бессмысленно.

Тем более что это занятие, в отличие от алкоголизма, представляет собой действие социально одобряемое и даже героизируемое. Ну представьте себе химически зависимого человека, которого за употребление окружающие массово хвалят, демонстрируют доверие и восхищение, а также бесплатно кормят – и найдите слова, которые убедят его завязать либо ввести употребление в строгую хлопотную систему. Вот и я таких слов не знаю.

4. На стороне токсичной благотворительности, точнее её психологической основы, работает вся мощь современной медиа индустрии — рекламы, новостей, соцсетей и так далее.

Вся эта сфера построена на том, чтобы убедить человека действовать на эмоциях, по возможности не думая. Покупать, приходить, подписывать, голосовать, смотреть, писать. Как говорил один политик, «вы не рефлексируйте, вы распространяйте». В соревновании с таким мощным нажимом поражение почти неизбежно. Если человека телевизор, интернет, радио, биллборды, буклеты и всё остальное учат не думать никогда — вряд ли мы сможем его научить его думать хоть где-нибудь.

5 способов избежать ошибок, занимаясь благотворительностью

5. Институциональная благотворительность использует те же способы, что и токсичные благотворители

Более того, мы и сами не особенно учим думать. Институциональная благотворительность в массовом фандрайзинге использует ровно те же методы давления на жалость и пугания ужасами, иногда переходящие в прямой эмоциональный шантаж и обвинения, что и токсичные сборщики.

Сама идея отнестись к жертвователю как к разумному существу, а не как к слезливому ребёнку, вызывает категорическое неприятие в секторе.

Подавляющее большинство фондов даже отчёты понимает исключительно как маркетинговое средство вызвать доверие и восхищение, игнорируя их этический смысл, делая их «удобными» и «понятными» вместо того, чтобы сделать их полными и подробными. Что уж говорить о фандрайзинговых текстах. Логика и подсчёты в текущей ситуации стали уделом грантовых конкурсов и партнёрских программ с бизнес-структурами. Но человек, если его в деле помощи приучили не думать, а переживать — естественная добыча токсичной благотворительности. И поэтому третье место в соревновании фандрайзеров занимает фонд «ВорлдВита», чьи финансовые отчёты вообще не содержат графы «затраты».

6. Токсичная благотворительность вызывает протест

Тем не менее, расстраиваться не стоит, есть и поводы для оптимизма. Например, видно, что во многих случаях токсичная благотворительность самой своей природой — излишней эмоциональностью, навязчивостью, манипуляторством, слезливостью, вызывает протест. Интернет-сообщества вроде «Благотворительность на костях», «Благотворительность: разная и удивительная» и им подобные, возникшие стихийно, выполняют роль своеобразных «санитаров леса». Да, это люди зачастую с непрошенными прокурорскими интонациями, различающие мошенничество и обман там, где имеет место благонамеренная глупость и бесхозяйственность, но самый факт их появления — отраден. А поскольку это именно непосредственная реакция на раздражающее явление, то сила действия равна силе противодействия, да и события происходят в интернете, то, как пишут в протоколах судебных заседаний, «общение носит эмоциональный характер», то есть люди просто ругаются, а сам обмен мнениями бесплоден, и в целом борьбу за души людей токсичная благотворительность выигрывает с огромным отрывом.

7.  Надо учиться это явление применять в пользу тех целей, которые именно нам кажутся важными

В такой ситуации наиболее логичным выходом для нас представляется не бороться с «токсиком» впрямую и тотально, за исключением разве что совсем вопиющих случаев, а просто понимать, что есть такое явление, у него огромная армия поддержки, и никуда всё это не денется ни завтра, ни послезавтра, а скорее всего вообще никогда. И надо учиться это явление применять в пользу тех целей, которые именно нам кажутся важными. Убеждать лидеров токсичных сборов работать с фондами, а не с частными карточками. Привлекать их в качестве амбассадоров на жёстких условиях. Брать на работу, ограничивая токсичность контрактом, дабы вся мощь их таланта работала на действительно благое дело, а не непонятно на что.

И это не более цинично и не более опасно, чем участие в наших акциях любых других «звёзд» со всем их зачастую скандальным шлейфом – от сложных личных историй до участия в политических кампаниях на самых разных сторонах.

+ Комментариев пока нет

Добавьте свой

Leave a Reply