«Главное право волонтера — чувствовать себя нужным»


Любая некоммерческая организация, которая давно работает с волонтерами, имеет свой уникальный опыт с этой области. Школа социального волонтерства и портал «Филантроп» продолжают знакомить читателей с работой волонтерских организаций. София Лагутинская, руководитель калининградской НКО «Верю в чудо», рассказала нам, с какой мотивацией люди приходят в волонтерство и можно ли человека «замотивировать» на длительную качественную работу.

Основатели Верю в чудо. Сестры Лагутинские — София и Ева. Волонтёрский Новый Год — 2016

Про две разные мотивации

Мотивация у людей бывает очень разная, и мы для себя делим ее на две группы.

Первая – это когда у человека есть личностная мотивация, целостная, стержневая. Это большая ценность. На людей с такой мотивацией мы всегда можем рассчитывать. Они приходят с ясным желанием и готовностью к социальному служению и чаще всего не выбирают себе формы для волонтерства. Условно говоря, если нужно убирать за пациентами утки в больнице, они это будут делать; будут мыть полы, если это нужно. То есть это люди, которые готовы идти с организацией, которой доверяют, в любом нужном направлении и по любому пути.

И это именно тот костяк людей, которые на протяжении 10 лет и развивают волонтерские программы «Верю в чудо».

К этой группе принадлежат волонтеры-профессионалы. Например, у команды психологов и других специалистов, которая занимается социальной реабилитацией, в этом году юбилей этой программы, и все пять лет ее делает одна и та же команда.

Волонтеры «Верю в чудо»

Вторая группа – это ребята, у которых более быстрая мотивация. Для них волонтерство — это желание самореализоваться, что очень типично для студенческого возраста. Это новый круг общения. У таких ребят период волонтерства меньше – один сезон, 6-8 месяцев. Молодежь, в основном, сама приходит за идеей. И им сложнее что-то поручить. Им надо дать на выбор. Им нужны задачи, которые имеют результативность. Поэтому мы им что-то предлагаем, а они выбирают, что готовы делать.

Мы, конечно же, опираемся на первую группу. Эти люди замотивированы на сам процесс. А ребята второй группы — на результат, потому что на этом построены все бизнес-модели и вся экономическая жизнь: жить и работать на результат. И в этом, кстати, сложность. Когда мы приходим к каким-то благотворителям, они тоже хотят видеть цель, итог. И донести до них, что для нас важен сам процесс, очень сложно.

Клоунотерапия фонда «Верю в чудо»

Про неверную мотивацию

Мы готовы работать с любой мотивацией, если она не выходит за рамки здравого смысла и нет психических отклонений. Но есть и неприемлемые. Порой к нам приходят сектанты или люди после прохождения «тренингов личностного роста». Это очень тяжелая аудитория. Они заряжены на сиюминутное «добро», готовы работать с любыми инструментами, с любыми ресурсами и на любые действия. Для них цель оправдывает средства, а понятие «добро» очень искажено. Их задача – добиться количественного результата и отчитаться, а качество совсем не играет роли. Нам с такими людьми очень тяжело, потому что приходится тратить огромное количество собственного ресурса на то, чтобы показать им волонтерство и благотворительность под другим углом.

Бывает, что приходит волонтер с какой-то скрытой мотивацией. Например, он приходит в детский дом, не чтобы заниматься, допустим, программой наставничества, а чтобы присмотреть ребенка для усыновления. Мы стараемся выстраивать связь с волонтерами на честности, иначе пострадать могут наши благополучатели, то есть дети.

Еще меня очень расстраивает, что приходит все больше и больше мошенников. Они приходят под видом волонтеров и благотворителей, а на самом деле — ищут подопечных, под которых в дальнейшем смогут собирать средства.

Приходят и те, кого уже использовали в таких махинациях. Они приходят к нам за некой очисткой, и на них тоже приходится тратить много сил.

Очень сложная аудитория — родители умерших детей. Большинство из них хотят дальше тоже творить что-то доброе. С одной стороны, это хорошо, но возникает и серьезная сложность в том, что если родитель не проработал свою психотравму, то эмоционально ему становится очень тяжело волонтерить и помогать в этой сфере. Такие родители не всегда готовы понять, что помощь другим не является реабилитацией для них самих, что нельзя использовать тех, кому мы помогаем, для того, чтобы самому прийти в себя. Поэтому приходится подключать психологов, которые будут закреплены за этими родителями, и дополнительно с ними работать.

Другое дело — мамы выздоровевших детей. Нередко они становятся именно теми волонтерами, на которых мы можем положиться.

Про работу с мотивацией

Нам стало тяжелее жить после того, как появились сочинские волонтеры. До этого в регионе «Верю в чудо» был уникальным центром по волонтерству. А потом появились Сочи с их огромной рекламой и популяризацией: «Вы только зарегистрируйтесь, станьте волонтёром и будете центром истории». Конечно, в результате на такую рекламу откликнулась и часть наших ребят, которые туда ушли. Мы ни с сочинскими центрами, ни с другими организациями за волонтеров не конкурируем.

Но теперь все время должны поддерживать уровень значимости социального волонтерства, показывать разницу между социальным, спортивным, культурным и иными формами волонтерства. С другой стороны, это позволяет развиваться, думать не только о своем микросекторе, но и более широко.

Еще сегодня в ВУЗах, СУЗах, школах часто стараются «мотивировать волонтеров». Это сейчас популярное понятие, и все, в основном, используют маленькие, быстротечные фишки, которыми можно привлечь людей: яркие мероприятия, бесплатная еда, форма. Но для социального волонтерства таким образом человека замотивировать нельзя. И я не вижу смысла тратить время на то, чтобы разово привлечь людей, которым мы не доверяем, не знаем, что у них за плечами, что в душе. Мы не можем доверить таким волонтерам работу с нашими подопечными, но можем привлечь их на какие-то фандрайзинговые мероприятия или, условно, «разобрать склад».

1. Мотивацию важно поддерживать

Мотивация — это такое дело: сегодня она есть, а завтра ее нет. Поэтому для меня «замотивировать» — это странное выражение. Мне кажется, замотивировать можно только на какие-то сиюминутные действия и задачи. В социальном волонтерстве, скорее, приходится говорить о том, чтобы мотивацию поддерживать. А для этого нужно сопровождать волонтеров и команду, и нужны другие формы: психологическое сопровождение, обучающие программы, совместные мероприятия для ощущения общности.

2. Волонтеру важно предлагать варианты работы

Еще бывает, приходит человек и говорит: «Я не знаю, зачем я пришел». В таком случае мы его точно не допустим до детей, но предложим другие варианты. Например, разобрать тот же склад. Но мы готовы постараться скорректировать его мотивацию. Если он силен в чем-либо, то мы будем за него бороться, и постараемся сместить вектор его интересов. К примеру, человек хочет помогать на машине, а мы понимаем, что он хороший художник, и у нас, как раз, недостаток художников.

3. Дать возможность чувствовать себя нужным

Но здесь есть и обратная сторона. Например, пришел профессиональный айтишник. Но он, наоборот, не хочет у нас заниматься IT, он хочет рисовать с ребенком в палате. И в этом случае, даже если нам нужен специалист IT, мы ему даем возможность рисовать. Но через какое-то время, когда он увидит, что у нас хаос в электронной документации, мы ему ненавязчиво скажем: «Если бы у нас нашелся человек, который бы нам все настроил, нам бы всем легче жилось…». Однако право на волонтерскую роль и функцию всегда остается за человеком.

Потому что главное право волонтера — реализовать свою естественную потребность быть нужным. А мы создаем условия, чтобы волонтер — волонтерил.

+ Комментариев пока нет

Добавьте свой

Leave a Reply