Филантропия чисто культурно


Давид Ж. Л. "Велизарий, просящий подаяние"

«В жизни общественной примат принадлежит культуре.
Не в экономике, не в политике, а в культуре осуществляются цели общества»
Н. А. Бердяев, «Философия неравенства»

Продолжаем заметки о различных подходах к благотворительности. Мы говорили о психологическом подходе, экономическом и социологическом. И сталкивались с тем, что все они, так или иначе, выводят на тематику культурологии.

с одного конкретного примера.

Любопытный пример переноса общественных институций из культуры в культуру

Кратко расскажем о возникновении в СССР организации, называемой «Телефон Доверия». Сейчас таких организаций достаточно много, среди них есть даже и частные, и их абоненты обращаются туда с разными проблемами и вопросами. Первый же «Телефон Доверия» был создан профессором А.Г. Амврумовой для профилактики самоубийств и тяжелых психологических кризисов.

Побывав в США и ознакомившись с работой американских служб, возникших на пересечении религиозных, психологических (общественно-профессиональных) и благотворительных организаций, Айна Григорьевна, имевшая немалый «вес» в советских медицинских и бюрократических кругах, «пробила» такой телефон для Москвы. Случилось это в начале 80-х годов прошлого века. И он стал структурным подразделением одного из Московских государственных психиатрических диспансеров, то есть – подразделением административно-бюрократической государственной психиатрической организации.

Для американского специалиста или добровольца в этой сфере – вещь совершенно немыслимая, поскольку одно из уставных требований международной ассоциации «Телефонов Доверия» таково: эта организация не может быть: а) государственной, б) психиатрической, в) ведомственной вообще. Кроме того, «Телефон Доверия», помимо осуществления других функций, должен защищать права своих анонимных абонентов, в том числе, и в первую очередь – от злоупотреблений власти и избыточного рвения врачей.

Вот такой получился опыт «пересаживания» социальной институции и совокупности смыслов, связанной с ней, из одной культуры в другую. В этом случае, правда, очевидную роль сыграли не только культурные, но и политические, организационные и экономические факторы. Однако культурология учит нас, что все эти факторы – производные от культуры.

Культурология: что это

Культурология родилась на стыке философии, истории, психологии, языкознания, этнографии, религии, социологии, культуры и искусствоведения. Как и другие гуманитарные дисциплины, культурология – дискуссионна. C 1871 по 1919 г. в различных науках использовались 7 определений культуры, с 1920 по 1950 г. их число выросло до 150. Сейчас же их – .

В зарубежных научных классификациях культурологию как отдельную науку часто не выделяют. Феномен культуры там понимается преимущественно в социально-этнографическом смысле, поэтому основной наукой считается культурная антропология или философия культуры, а иногда — Cultural Studies, дисциплина отчетливо прикладного характера. Российская же культурология тяготеет к объединению всех направлений и методологий изучения культуры в единую дисциплину «без берегов».

Что культурология может знать о благотворительности

Интересно, что в двухтомной «Культурология. XX век» нет термина или слова «благотворительность». Нет в ней и «филантропии». Очень немного и доступной литературы на русском языке о культурологическом рассмотрении благотворительности.

Такое положение дел – странно, поскольку подобной зарубежной литературы много, и она, в среднем, достаточно высокого качества.

Благотворительность интересна культурологии сразу в нескольких отношениях:

  • Благотворительность сама есть «элемент или феномен культуры».
  • Многие благотворители и меценаты занимаются культуртрегерской деятельностью или ее поддержкой, то есть создают те артефакты («»), которые непосредственно изучаются культурологией.
  • Кроме «самой» благотворительности, в разных обществах и культурах существуют различные «представления» — бытовые и профессиональные — о ней. Причем эти «представления» неотрывны от «самой» благотворительности, поскольку благотворительностью занимаются люди, причем, — именно в соответствии с тем, что они считают нужным и правильным. В разных культурах люди по-разному представляют себе благотворительность, и она по-разному включена у них в более обширные смысловые контексты.

Разные миры – разные благотворительности

Хорошую иллюстрацию различного устройства и различного осмысления благотворительности в разных культурах мы нашли в речи знаменитого русского историка В.О. Ключевского «Добрые люди древней Руси»:
«Древнерусский благотворитель, «христолюбец» менее помышлял о том, чтобы добрым делом поднять уровень общественного благосостояния, чем о том, чтобы возвысить уровень собственного духовного совершенствования».

В.О. Ключевский

Современная же светская филантропия и благотворительность, особенно западная, — ориентирована, прежде всего, именно на «повышение уровня общественного благосостояния», и все ее главные идеалы и смыслы далеки от той благотворительности, о которой рассказывает Ключевский.
Культурология необходимо задается следующим вопросом: переносимы ли из одной культуры в другую различные сложные системы смыслов и социальные институции, такие, например, как благотворительность?

Приведенный нами в начале этой заметки пример предоставляет достаточно пищи для размышлений. Существенно, что, фиксируя различные черты и отличия российской благотворительности, мы должны описывать их именно как черты культуры, а не просто некие «особенности».

Например — известный «феномен» анонимности, присущий в значительной степени российской благотворительности, — есть ли он черта российской культуры или он связан с конкретной ситуацией в быту и бизнесе, заставляющей благотворителей скрывать свои доходы и возможности? Следующая наша заметка будет посвящена именно этой теме:

Существует ли культурная специфика российской благотворительности.

Имея уже опыт написания предыдущих заметок и впрессовывания в небольшой формат массы различных тем, мы решили, что о культурологи благотворительности следует написать «в нескольких частях».
На это указывают А. Кребер и К. Клакхон (Kroeber A. L., Kluckhohn C. Culture: A Critical Review of Concepts and Definitions. Cambr. (Mass.), 1952)
Главный редактор и составитель С.Я. Левит
Например, музеи, частные коллекции, библиотеки, исследовательские фонды и т.п.
  1. Мизантроп

    Расскажите о ваших планах мэру Москвы Лужкову, особенно о создании коммун. Туда завтра же приедут бульдозеры и полк ОМОНа.

  2. ну!

    хорошо бы поизучать «культурологические особености благотворительности» в разных культурах, в частности в русской.
    где тот благотворитель, кто даст на это деньги?

    изучать «я», вылупившееся из «мы» очень интересно.
    благотворительность — деятельность «я», по крайней мере в рф, где «мы» имеет целью буржуазное благополучие, впрочем, как и везде по миру.
    все волонтеры, вписывающиеся в благотворительные проекты, помнят, что им надо кушать и одеваться. и «волонтерство» дает им такую возможность.
    учителя языков, медицины, права, приезжающие в страны, где таких учителей недостаточно, удовлетворяют свою тягу к путешествиям, расплачиваясь за эту возможность своим волонтерством.
    ничего плохого в этом нет.
    это к тому, что поизучать культурологически благотворительность — здорово. но надо и пить и есть. а в результате такой работы появятся очевидные возможности «как».
    как организовывать и развивать благотворительность в конкретной среде успешнее.
    дай бог.

    • AndreySuch

      Ответ практический: основной благотворитель в РФ сейчас — корпоративный. Зачем он дает деньги? Куча причин: пресловутая корпоративная социальная ответственность, пиар, личные склонности, желание выйти за пределы РФ, а там благотворительность — необходимое ком иль фо.

      Следующая заметка будет о МИЛОСТЫНЕ, где есть предельное «я», где есть действие, не улучшающее мир, а действие, устраивающее душу самого дающего и обеспечивающее «спасение» ее.

      А о возможностях для участников благотворительности…
      Прежде всего — та же, что в милостыне: быть в согласии с собой, не делать, например, то, чем я лет 15 занимался.
      Но есть и многое другое: в РФ убита возможность инициативы и предприятия в любых сферах, кроме НКО. Кроме того, говорят, кризис только разворачивается, рухнет очень многое и в бизнесе, и в бюджетной сфере (я хотел бы, чтобы — нет).

      Отличное место приложения усилий дауншифтеров :)

      • ну!

        очень бы интересно убедить людей бизнеса, что благотворительность и есть то место, куда правильно вкладывать деньги, в то время, когда ранее разрабатываемые отрасли в кризисе.
        приход для них при этом может быть чисто натуральный.
        образование — интересующие их специальности,
        то же и исследования, и пр. в культуртрегерском роде.
        как говорил о’генри — «благотворительность как точная наука» (хотя там была речь просто о деньгах).
        или создание городишек, только не ньюсиликоновых долин, а мест, где люди получили бы возможность жить, обслуживая друг друга типа коммун, но используя движение общегосударственных денег. что они будут делать такое для государства, что будет приток?
        не знаю пока.
        могут окрестные земли обрабатывать и развивать гербологию, например. или еще что-то, что кажется сумасшедшим с первого взгляда. как идеи анастасии у мегрэ.
        в случае поколения такой мирной жизни, следующее может дать непредсказумые результаты.
        впрочем, любые. тв-ящик же не запретишь

  3. global

    Интересно, что вы начали со слов Бердяева. Он также говорит, что строение русской души — это стремление к «пределам», и мы не можем находиться в «середине», в отличие от Запада. Поэтому нам собственно не так интересно «повышение благосостояния», и то что происходит на пути к пределам. Даже в потребительстве мы скорее спустим сразу все, сколько б не было денег. Поэтому вопрос — а есть ли у нас шанс?

    • AndreySuch

      Шанс для чего?
      Шанс есть у всех. Абсолютно. А вот то, что будет выбрано — то тайная великая есть…
      Кроме того, я очень сомневаюсь, что существует такая русская вещь — консолидированное «Мы».
      Это, кстати, — серьезнейшая проблема. Сказал: «Мы», — а что именно имел в виду?..
      Замятина? Федорова? Мы, император белой, малой и прочей?..
      ………….
      «Мы» с Лидией имели в виду простую вещь:
      то, что наблюдается в России (и не только в благотворительности) — это есть культурологическая особенность России или «Бывает многое на свете, друг Горацио…»

Leave a Reply