«Мы надеемся на увеличение числа поддержанных проектов»: Илья Чукалин о финансировании грантов и критериях отбора


В 2017 году пройдут два конкурса президентских грантов для некоммерческих организаций. Прием заявок на первый конкурс продлится до 31 мая, результаты будут объявлены к 31 июля.

Илья Чукалин, генеральный директор Фонда-оператора президентских грантов по развитию гражданского общества, в интервью «Филантропу» рассказал о лучшем экспертном совете и беспристрастности, объемах финансирования и критериях отбора проектов.

Илья Чукалин, фото из личного архива

— Почему было принято решение увеличить финансирование с 4 до 7 млрд рублей?

— Решение еще не принято. Вопрос обсуждается. О необходимости увеличения финансировании говорили и члены Координационного комитета по проведению конкурса, и другие представители институтов гражданского общества. В прошлом году гранты были выделены на реализацию только около 10% от представленных на конкурсы проектов. Впрочем, некоторые заявки подавались по несколько раз, на каждый последующих из четырех конкурсов, но все равно многие хорошие инициативы не были поддержаны из-за недостаточности грантового фонда.

— Приведет ли увеличение общего объема финансирования к увеличению среднего размера гранта?

— Скорее, мы надеемся на увеличение числа поддержанных проектов, а не на увеличение среднего размера гранта на реализацию одной инициативы. При этом мы планируем отойти от практики секвестрования запрашиваемых сумм, которое не всегда происходило по понятным правилам и процедурам.

Организация подает заявку с определенным набором мероприятий и конкретными планируемыми результатами, а ей на треть урезают бюджет. Хорошо еще, если понятно, почему именно на треть, а не на 20% и не на 500 тысяч рублей.

В любом случае получается, это уже другой проект, в котором нужно корректировать задачи, мероприятия и ожидаемый эффект. А если затраты были заведомо завышены в расчете реально получить меньшую сумму, заявка не должна пройти конкурсный отбор, в том числе по критерию обоснованности расходов.

— Помимо государственного финансирования будет ли помощь со стороны частных фондов?

— Это возможно, но, конечно, не путем формирования единого грантового фонда, а в рамках софинансирования проектов из нескольких источников, которые могут появляться как до подачи заявки на конкурс, так и после победы в нем. Есть ряд расходов, которые нельзя или не рекомендуется осуществлять за счет президентских грантов, например, капитальное строительство, зарубежные командировки, привлечение высокооплачиваемых специалистов. Иногда для развития проекта требуются такие расходы, и здесь возможно партнерство с частными донорами. Построить приют для бездомных животных, реконструировать объект культурного наследия, отправить к всемирно известному иностранному врачу нескольких российских специалистов, чтобы они переняли уникальный опыт и стали применять его у нас для реабилитации детей с особенностями развития или ограниченными возможностями здоровья. Может быть, сделаем совместные программы с регионами. Но мы еще ни с кем эти вопросы не обсуждали.

— В прежней системе распределения президентских грантов существовали некие неформальные правила. Какие именно?

— Определение некоммерческой неправительственной организации было юридически невыверенным, четко не закреплялось, НКО в каких организационно-правовых формах не допускаются до участия в конкурсе. Еще сложнее с допустимыми расходами. У грантооператоров формировалась разная практика, что можно, а что нельзя.

Об экспертном совете

— В экспертный совет вошли известные люди. Можно ли говорить о том, что сделали ставку на медийных лиц?

— Если бы ставка была сделана на медийность, это были бы совсем другие люди. Многие из тех, кто приглашен в состав объединенного экспертного совета, известны в основном только третьему сектору или профессиональному сообществу. Координационный комитет исходил из наличия реальных высоких компетенций в соответствующих сферах, безупречной репутации, опыта реализации общественных проектов.

Мы хотим собрать один из лучших экспертных советов в истории грантовых конкурсов. От качества его будущей работы зависит эффективность системы президентских грантов, а отношение к ней – это производная.

Будут открытые, прозрачные и понятные механизмы, будет хороший конкурс, а при келейности и вызывающих вопросы результатах медийность персон не поможет. Состав совета сбалансирован, приглашены руководители ведущих исследовательских центров в социальной сфере, частных фондов.

— Во избежание конфликта интересов организации, которые они возглавляют, не могут участвовать в конкурсе. Так получается?

— Такого ограничения нет. Проблема конфликта интересов выявляется не только по отношению к своей организации, но и дружественной, партнерской. В третьем секторе все пересекаются, ездят друг к другу на мероприятия.

Получил компенсацию расходов на проезд, сходил на фуршет – уже нельзя уверенно заявить о беспристрастности, объективности.

Мы обсуждали этот вопрос на заседании Координационного комитета и решили, что конфликт интересов членов комитета и объединенного экспертного совета подлежит обязательному декларированию и исключает возможность участия в обсуждении соответствующего вопроса, но не препятствует участию НКО в конкурсе. Эксперты конкурса, назначенные объединенным экспертным советом, не вправе оценивать заявки, в отношении рассмотрения которых у экспертов имеется заинтересованность. Это прямо закреплено в положении о конкурсе.

— Соответственно в конкурсе могут принять участие бывшие грантооператоры?

— Теоретически. Юридического запрета на участие нет, правда, в этом случае конфликт интересов будет как в рамках конкурса, так и в рамках корпоративных процедур фонда – руководители 7 бывших грантооператоров входят в состав наблюдательного совета фонда.

— Каким образом экспертный совет будет определять победителей?

— Члены совета не смогут изучить тысячи заявок от организаций. Их задача разработать правила рассмотрения заявок, сформировать широкий состав экспертов. В итоге члены объединенного экспертного совета будут опираться на результаты работы своих коллег. Вместе с тем, совету придется самому рассматривать спорные заявки, оценки экспертов по которых сильно разошлись.

— Какие ключевые критерии для проектов существуют?

— Один из основных критериев: соотношение запрашиваемой суммы поддержки и ожидаемых результатов проекта, адекватность, измеримость и достижимость таких результатов. Важно корректно подготовить и обосновать бюджет. Проект должен быть логически связным. Есть критерии, характеризующие заявителя: информационная открытость, опыт работы по заявленному направлению, релевантность компетенций команды. Эксперты вправе оценить заявку по представленной в ней информации.

Это проблема, с которой иногда сталкиваются известные и излишке самоуверенные организации – после конкурса они не соглашаются с оценкой своего справедливо большого опыта, который не был описан в заявке.

Но эксперт оценивает не организацию, а заявку. Знать опыт конкретной организации, искать информацию в интернете – право, а не обязанность эксперта. Кстати, положение о конкурсе запрещает эксперту вступать в контакт с заявителем и напрямую запрашивать информацию. Иначе это был бы коррупционный фактор.

— Срок реализации проекта: до 15 месяцев. Вы считаете этого достаточно?

— С точки зрения проектного управления срок 12-15 месяцев является оптимальным. Более длительный период реализации проекта увеличивает риски, его можно разрешать только устойчивым организациям, доказавшим результативность своей деятельности и умение работать с целевыми средствами. И все равно 2-3-летние проекты надо делить на настоящие, а не условные этапы, и по итогам каждого этапа принимать решение о дальнейшем финансировании. Это более сложная модель. Мы уже увеличили для первого в этом году конкурса срок реализации проектов до 15 месяцев, такого не было никогда.

+ Комментариев пока нет

Добавьте свой

Leave a Reply