О чем промолчал президент


Фото с сайта www.kremlin.ru

Послание президента Федеральному Собранию, озвученное 30 ноября, вызвало массу вопросов у представителей некоммерческого сектора. «Филантроп» провел опрос экспертов.  

Ольга Рейман, президент благотворительного фонда «Кто, если не Я?»

Фото с сайта www.tatler.ru

Крайне важно, что послание президента Федеральному Собранию этого года последовательно отражает и развивает те направления в социальной сфере, которые были обозначены и в 2009 году: это касается ситуации с инвалидами, детскими домами, НКО, вопросами по поддержке семьи, а также глобальными переменами в сфере образования.

Многие ждали, что президент «спасет» НКО в рамках вступающего в силу c 1 января закона о повышении страховых выплат для всех организаций, куда попадают и НКО в том числе. Но, увы, этого не произошло, несмотря на то, что благотворительным сообществом совместно с Общественной палатой была проведена масштабная кампания, чтобы привлечь внимание президента к этой проблеме. Теперь некоммерческий сектор может угаснуть ровно на ту 1/3, которую каждая некоммерческая организация будет отдавать в бюджет вместо того, чтобы тратить это на реализацию социальных программ в рамках своей уставной деятельности. Ведь Фонд Оплаты Труда — основной расход НКО.

Важно, что в послании столь откровенно и жестко поставлена проблема коррекционных детских домов.

В рамках работы программы «Гиперактивный ребенок» БФ «Кто, если не Я?» постоянно сталкивается с такими ребятами и их судьбами. Нам удалось оказать помощь таким детям в ряде областей благодаря грантам «Национального Благотворительного Фонда» в 2009 и 2010 годах. Это правда, что социализация выпускников таких учреждений напрямую зависит от повышенного участия и контроля местных властей. Однако, эффективность работы Попечительских советов всегда определяется человеческим фактором, смелостью и инициативой самого директора, так как юридической ответственности за деятельность таких советов не предусмотрено.  

Мария Черток, директор CAF Россия. 

Фото с сайта miloserdie.ru

Мы ждали и надеялись, что ситуация со страховыми взносами получит какое-то разрешение. Но то, что президент про это сказал и не упомянул НКО – вызывает просто шок. Потому что понятно, что цена вопроса в отношении НКО гораздо ниже, чем сегмента малого бизнеса, который он обозначил. При этом понятно, что НКО все услуги предоставляют не за деньги, тогда как бизнес на этом зарабатывает. В этом смысле дать бизнесу зарабатывать лучше и не дать НКО выполнять свои уставные цели, осуществлять помощь нуждающимся – это глупость. Складывается ощущение некомпетентности тех, кто это послание готовил. Поверить в то, что это сделано намерено – очень сложно, в контексте духа и буквы этого послания в целом. Похоже, что в очередной раз забыли… И это вызывает оторопь.

У нас было ощущение, что мы уже продвинули этот сектор до такой степени, чтобы о нем, по крайней мере, помнили при принятии каких-то политических судьбоносных решений. Оказывается – нет.

Оказывается, опять такие простые ляпы, которые приводят к далеко идущим разрушительным последствиям, и это очень печально. Хотя, в принципе, риторика вся была за некоммерческие организации. Но одним простым росчерком пера можно уничтожить всякую базу, для того чтобы эта риторика имела практические последствия. 

Ощущение такое, что предвыборная риторика строится и идеология формируется, но практика под это реально не подкладывается, в силу то ли некомпетентности, незнания, непонимания, то ли потому, что никто и не собирался ничего подкладывать… То, что НКО могут собирать деньги на помощь больным детям – это донесли. Потому что Чулпан Хаматова ходит и бьет себя пяткой в грудь. Но то, что теперь во власти это поняли — единственная конкретная вещь, которая случилась.

При всем при том не надо преувеличивать и значение того, что говорится. Потому что в прошлом году президентом в послании было намечено, например, освобождение от налога на прибыль в случаях безвозмездных работ и услуг. Но этого до сих пор не сделано – год прошел.  

Еще одна поразительная вещь, что слова «социально ориентированные некоммерческие организации» вообще не прозвучали. То есть, ломились, ломились в открытую дверь, а теперь – как будто бы этого и не было. Не понятно, что это означает. То ли райтер сменился, которые «старые» слова не знает, то ли что-то еще…

Ирина Рязанова, директор благотворительного фонда «Большая Перемена».

Фото с сайта www.radiomayak.ru

Видимо, президент еще не видит в НКО реальной силы.

Я недавно разговаривала с сотрудниками одной бизнес корпорации на фокус-группе. Там люди просто не предполагали, что есть что-то еще, кроме бизнеса и государства. Выяснилось, что обыкновенный рядовой сотрудник крупной коммерческой компании не различает государство и некоммерческий сектор. Он считает, что если говорится про детей-сирот, то это про государство. А кто такие НКО – не понятно, он даже слова такого не слышал. 

Похоже, что и для президента пока не очень ясна роль НКО. И вот это меня изумляет: либо мы совсем мало делаем, либо мы не презентуем наши результаты и они не заметны.

Власть не видит и не понимает того вклада, который вносят НКО. Они нас не видят и не рассчитывают на нас как на какую-то серьезную силу. Видят в качестве грантополучателей (не понятно, для чего), но не в качестве разработчиков программ, не в качестве экспертов. О налогах президент говорит про малый бизнес, а не про нас. Я не очень понимаю – это такая позиция, что НКО не нужны? С другой стороны, сказаны правильные слова про социальные услуги населению. Президент говорит, что надо активнее подключать к их оказанию некоммерческие организации, признавая, что они хорошо знают ситуацию на местах, имеют уникальный опыт и помогают людям, которые попали в трудную ситуацию. А когда речь идет о программах социальной адаптации и сопровождения выпускников детских домов, упоминаются только педагоги и местные власти. Про роль НКО – ни слова. Реально в своей практике я не рассчитываю на поддержку государства, к сожалению… 

Александр Аузан, президент Института национального проекта.

Фото с сайта www.strf.ru

Во-первых, надо отметить то, что осталось за пределами послания, но думаю, будет реализовано. Я полагаю по некоторым признакам (отчасти верю, отчасти – знаю), что тяжелый для НКО вопрос о повышении страховой платы с 1 января, будет решен так же, как для малого бизнеса в производственной и социальной сфере. То есть, будет 26%, а не 34%.

Хотя, если вы интересуетесь моим мнением как экономиста, то это все равно полное безобразие. Шоковое повышение, которое в бизнесе будет вести к делегализации деятельности, а в некоммерческом секторе – к сворачиванию. Это разные вещи.  

Что касается собственно послания.

В послании в нескольких местах явные призывы к гражданскому обществу. Они не случайны.

Вообще, для того, чтобы делать модернизацию, нужны коалиции. А политические механизмы создания коалиций как-то в России не срабатывают. Их в данный момент нет или они находятся в неработоспособном состоянии. Поэтому Президент в каком-то смысле должен рассчитывать на союз с гражданским обществом, если он намерен дальше продвигаться в деле модернизации. Ну, например, то, что касается стандартной деятельности органов власти, правосудия…  

Наконец, есть прямое предложение механизмов – то, что касается социальных услуг. Что бюджеты можно передавать не бюджетным учреждениям, а проводить конкурс и привлекать некоммерческие организации, которые смогут работать лучше в каких-то случаях, чем бюджетные учреждения. Это – да. Я только не понимаю, почему мы так долго это делаем. Потому что идея эта витает уже лет 10, с тех пор, как у государства появились бюджеты на это дело. Но все эти 10 лет правительственные бюджеты шли почему-то через бюджетные учреждения. Я, конечно, приветствую то, что теперь это, видимо, будет реализовано, потому что Правительству предписано сделать нормативный механизм. Опасение, что это будет коррумпировано – есть, но… Можно ли на этом основании вообще в России не двигаться, поскольку кругом коррупция?  

Нужно одновременно начать преобразовывать законодательство, 94 закон, который ужасен. И дело не только в том, что он откаты плодит, там есть еще более страшные последствия. Потому что уникальные товары и услуги продавать по 94-му закону – это означает получить некачественные товары и услуги (поддельные, фальшивые и т.д.). Разумеется, не будет такого поля, где все чисто, а рядом – сильно замусорено. Но, с другой стороны, в этом поле будет, наверно, чище, потому что сейчас нет открытой конкуренции бюджетных учреждений за бюджет. Она, конечно, есть де-факто и всегда была – в кабинетах. Но открытой – нет. А теперь будет открытая конкуренция бюджетных организаций, социальных, некоммерческих и прочее… Может быть, на открытом поле все будет виднее, и коррупции будет несколько меньше.

    • Гезалов Александр

      И хорошо.Не выживут, которые не умеют работать без подачек и грантов.Таких большинство.Останутся, которые УМЕЮТ работать с пятиугольником, кто умеет жить не на грантовой игле, а иметь систему взаимодействия.Это закон жанра.

  1. Борис Цирульников

    Вообщем достаточно странно получается , что действительно как — то президент живет в одной стране — кремневой и модерновой, т.е умной, премьен-министр — решает одну из бед — дороги! А кто здесь выходит — второй бедой?! Такое ощущение , что мы . Со странным названием «нкошники»!
    И где же наше «Так просто!» или/и «Год благотворительности» и/или ….а может все как то зря?!
    Или что то не так!
    Не хочу верить!
    Буду искать выход!

  2. ipagava

    очень содержательные и точные комментарии, пояснения и интерпретация сказанного — для всех тех,кто слушал Президента и, возможно, что-то не допонял, и для всех остальных тоже.

Leave a Reply