Мамы вне закона


Нелегальная трудовая миграция создает массу проблем — кто бы спорил. Однако у этой медали есть и другая сторона, о чем свидетельствуют истории молодых мам, оказавшихся в России на птичьих правах.

О проблемах, которые нелегальные мигранты доставляют россиянам, только ленивый не говорит. Они не платят налоги — теряет казна. При пересечении границы не проходят медобследование — серьезные риски для здоровья местного населения. При этом, скажет любой специалист системы соцобслуживания и защиты прав детства, мигранты из некоторых регионов стали просто-таки секс-символом для многих россиянок из семей «группы риска». Женщины рожают от этих секс-символов детей, а призвать в дальнейшем к ответственности (в том числе к алиментной) папаш просто невозможно – формально этого человека в стране нет. При этом государству необходимо содержать в государственных учреждениях тех детей, которых либо оставили в роддомах женщины-мигрантки, либо у этих женщин попросту изъяли.

Разумеется, у большинства россиян такая картина вызывает раздражение. Но давайте попробуем рассмотреть эту ситуацию с другого угла зрения. Для начала — две реальные истории.

История №1. Назигуль

Женщина из Киргизии, 26 лет, приехала на заработки в Россию. Здесь познакомилась с земляком, с которым вместе стали снимать комнату. Работала Назигуль на барахолке, у таких же нелегалов, как она сама: продавала тут же испеченные лепешки. Через какое-то время поняла, что забеременела и родила своему сожителю мальчика.

И узнала, что значит родить ребенка, если у тебя нет никаких российских документов. Иностранному гражданину без страхового полиса дается три дня на получение медицинских услуг. Но, как правило, главврачи роддомов и этого срока не дают. Или вымогают деньги, пользуясь беззащитностью пациента и его полным незнанием своих прав.

Так случилось и на этот раз. Главный врач сказала Назигуль: или 16 тыс. рублей за оказанные медицинские услуги, или я сдам тебя в УФМС (управление Федеральной миграционной службы).

Мигранты как огня боятся одного только упоминания УФМС. А мамы с детьми — особенно. Сотрудники УФМС отправляют нелегала в СИЗО, где он ждет суда о депортации. Затем, если суд принимает соответствующее решение, мигранта выдворяют из страны. Ребенка же, естественно, в СИЗО никто не везет, его попросту отбирают и помещают в сиротское учреждение. И совсем не факт, что этого ребенка депортируют вместе с родителями. В итоге мать, предположим, в Киргизии, а ребенок — в России. А шансы переправить ребенка к матери практически равны нулю. И даже если это удастся, то времени потребуется немало. Этот срок, который ребенок пробудет в детдоме, необратимо искалечат тонкую детскую психику и серьезно нарушит отношения между матерью и ребенком.

Назигуль зарабатывала 8 тыс рублей, 4 тыс из которых отсылала на родину. Конечно, она отродясь не видала тех денег, что запросила с нее главврач. Женщине пришлось много и долго плакать и унижаться перед сотрудниками учреждения, прежде чем главврач «сменила» гнев на милость и поставила условие «помягче»: пока не будет денег, никакой справки о рождении ребенка не дам!

Между тем, по этой справке регистрируют ребенка в ЗАГСе, ему выдают свидетельство о рождении. Если регистрация ребенка не произошла, его формально не существует. Мама, находящаяся на территории страны без документов и ребенок, которого официально не существует, – сказка и мечта для разного рода сволочей, эксплуатирующих детей.

В результате Назигуль ушла из роддома с ребенком, но без справки. Ребенка она, соответственно, не зарегистрировала. Доход Назигуль после родов резко упал, т.к. единственным рабочим в семье остался ее сожитель.

Назигуль, нахлебавшись «добра» от российских граждан, решает вернуться с ребенком на родину и… выясняет, что снова беременна. Ни о каком прерывании беременности речи идти не могло, по причине того же нелегального нахождения и отсутствия документов: ее бы не взяло ни одно учреждение здравоохранения. У Назигуль родилась дочка. На этот раз маму отвезли в другой роддом, где главный врач оказалась человеком гуманным и порядочным. Она выдала Назигуль справку, денег с нее требовать не стала, и после выписки женщина стала готовиться к отъезду на родину уже с двумя детьми.

Но не тут-то было! Поскольку старший малыш официально не существовал, купить ему билет было невозможно. Назигуль обратилась в органы опеки. Здесь сказали, что сделают запрос в роддом и попросят выдать справку. А спустя месяц выяснилось, что они решили этого не делать, т.к. «ну как в роддоме выдадут справку, она (Назигуль) же им денег должна».

Помочь Назигуль вызвалась общественная организация: написала ходатайство главному врачу роддома, описав безнадежную ситуацию матери. Главная, с ухмылкой прочитав ходатайство, сказала, что без денег даже не будет его рассматривать.

К счастью, в итоге проблему удалось решить — через консульство, где Назигуль выдали какой-то документ с фотографиями ее детей, и она отчалила на родину.

История №2. Оля

Девушке 20 лет, она из Украины. Мама перевезла Олю в Россию, когда ей было 12. Документы, подтверждающие легальное нахождение семьи в России Олиной маме сделать не удалось, тем более что женщина была полностью поглощена борьбой за более-менее достойное существование, и на все остальное ее попросту не хватало.

В 17 лет Оля стала жить с молодым человеком. Как только девушке исполнилось 18, он предложил ей узаконить отношения, чего сделать они не смогли все из-за тех же документов. У молодых людей родилась дочь. С роддомом Оле повезло больше, чем Назигуль, справку ей выдали и дочь она зарегистрировала.

Оля заботилась о девочке полтора года, а потом малышка сильно заболела, пришлось вызывать скорую. В реанимацию мать не пустили, и Оля была вынуждена уйти домой. Каждый день она звонила и спрашивала, как ее ребенок, и когда девочку перевели в обычную палату, пошла в больницу, чтобы лечь с ней. Но женщину не пустили. У Ольги не было документа, подтверждающего, что она — мать.

Оле не отдали девочку и при выписке, все по той же причине. Женщина в отчаянии обратилась в опеку. Опека придумала единственный выход из ситуации – заставила мать написать заявление на временное размещение дочери в дом ребенка в связи с трудной жизненной ситуацией. Сразу возникает вопрос, почему без документов невозможно отдать матери ребенка, а вот взять у нее столь серьезную бумагу — можно?

При этом помогать Ольге в органах опеки не собирались. Они даже не удосожились написать в учреждение социальной защиты, чтобы женщине помогли решить эти проблемы. Они просто забрали у нее ребенка, предоставив молодой, неопытной, запуганной 19-летней девченке самой разгребать это г…

И Оля попыталась. Она была в паспортном столе, где на нее просто наорали: «Законодательство нарушаем, а теперь плачемся». Ничего конкретного ей здесь не сказали и отправили в УФМС. Из миграционной службы — снова в паспортный. Так Оля и скиталась по кругу.

Ее гражданский муж хотел оформить опеку над девочкой — не разрешили и-за отсутствия собственного жилья. А через полгода Ольга узнала у опеки, что на нее передали в суд документы о лишении родительских прав. При этом присутствовать на суде Оля тоже не могла — у нее все еще не было документов!

В это время Ольгу и нашла общественная организация, которая принялась помогать девушке. Когда специалист пришла с Ольгой в опеку, первый час здесь доблестно и геройски орали на молодую маму, не стесняясь в выражениях. Выходит, орали за то, что сами ничегошеньки не сделали для этой семьи.

У этой истории тоже хэппи-энд: благодаря вмешательству общественников, Ольгу не лишили родительских прав, и через полгода плотной работы с консульствами Оля, наконец, получила паспорт и смогла забрать дочь домой.

Вопросы

Эти истории порождают целую серию «почему».

Почему паспорт является критерием эффективного родительства?

Почему мать, заботящаяся о своем ребенке, любящая его, должна проходить круги ада, чтобы доказать чиновникам, что достойна быть родителем?

Почему, как в случае с Назигуль, люди, сидящие на своих местах, считают, что вправе наживаться на тех, кого они не считают людьми? И почему им плевать на то, как может сложиться судьба маленького, беззащитного ребенка из-за их действий? Страшно подумать, что могло бы быть, если бы вместо Назигуль в такой ситуации оказалась женщина, готовая продать своего ребенка, предположим страшное, на органы. Ей были бы открыты все двери и потом никто бы не смог ничего доказать. А главврачу на это было просто плевать. Кстати, эта и многие другие аналогичные Назигуль истории, в дальнейшем были вскрыты и донесены до властей. Органы здравоохранения выпустили соответствующее письмо с предостережением главному врачу. Но почему за такие вещи вообще не увольняют?

Почему тем людям, которым по долгу службы положено помогать семьям в беде, на них откровенно плевать? Неужели там работают настолько бездушные люди, что им не жалко даже малышей, которые страдают в казенных пеленках на казенных кроватях? Или все дело в непрофессионализме? А почему эти «специалисты» позволяют себе хамить, грубить и оскорблять тех, кто не может им достойно ответить? А те, кто могут и отвечают, навсегда зарабатывают себе репутацию непутевых мамаш, которым детей отдавать нельзя.

Можно, конечно, утверждать, что девчонки сами виноваты: нарушили закон, не подумав о последствиях или попросту по незнанию. С юридической точки зрения, незнание закона от ответственности не освобождает. Однако почему они и их малыши вынуждены платить столь высокую цену? При этом те, что воспользовались незащищенностью женщин и сами нарушили закон или не выполнили свои функциональные обязанности, так и продолжают на своих местах сидеть. И совсем никакую цену не платят.

Ответы

А теперь о практической стороне дела — что ж со всей этой бедой делать.

Во-первых, нужна грамотная миграционная политика на государственном уровне. У нас демографический кризис, и мигранты нужны, однако пока чтобы приезжему трудно обосноваться в стране на законных основаниях и законно найти работу.

Во-вторых, необходимо законодательно закрепить ответственность органов исполнительной власти за неоказание содействия семьям, находящимся в кризисе, который угрожает лишением ребенка родительского попечения.

В-третьих, передать часть услуг, оказываемых государством, на аутсорсинг — некоммерческим и иным организациям. Они зачастую работают эффективнее. Это уже очевидно.

В-четвертых, обязать главврачей и других ответственных лиц сообщать о семьях, подобных семьям Назигуль и Ольги, в специальные службы, которые могут оказать им помощь и предотвратить аналогичные ситуации. При этом я не пишу «обязать законодательно»: в законах уже все прописано. Только не выполняется.

  1. Гезалов Александр

    Александра.Все верно.Я бы даже хотел добавить.Немного.
    Часто выпускницы детдомов рожают по нескольку детей от приезжих мигрантов из стран СНГ (они их ловят на раз), которые потом уезжают, оставляя их не понимающим, почему у них на руках от двух до пяти детей.Там так принято,рожать много.Ну, а те несут их в детские дома, путь им знаком. Редко кто оставляет. Потому что могут и на улице всякое наговорить. Страшно. Да и имена часто даны детям тоже тешние. И как потом детям жить с трудно произносимыми заморскими именами? Ну а то, что тамашние болезни нашим людям просто порой смерть, тоже надо думать.Проблема важная и большая, надо ее решать, но с нашими законами и коррупцией, это пока никак не решить.В детских домах, детей оттуда теперь тоже не мало.И они уже и граждане России, но попасть им на усыновление сложно, наши люди часто боятся быть непонятыми другими людьми, если только за рубеж. Где их охотно берут.А еще НКО часто предлагают услуги таким женщинам, попавшая в наш шоколад, уже завтра прижившись она позвонит подругам за рубеж, и скажет, что и тут жить можно.Русские погибнуть не дадут, они добрые (как-то мне сказали таджикские цыгане). Милости просим в России.Ну а сколько преступлений против мигрантов. не мне вам говорить. Впрочем как и от них.КОЛЕСО ОДНАКО.

    • Александра

      да, очень многогранно, согласна. Или что хотят запретить в российских школах обучать детей тех, кто здесь нелегально, типа нечего тратить деньги российских налогоплательщиков на нероссийских детей. А то, что в стране резко возрастет детская и подростковая преступность (которая и сейчас,не сказать, что низкая) — ничего страшного! И много-много других разносторонних аспектов..

  2. Евгения

    Странная статья. Почему эти молодые женщины сразу не обратились в свои консульства? Ведь в итоге в обоих случаях решение проблемы нашлось через консульства их государств. И к чему вот этот перл: «И узнала, что значит родить ребенка, если у тебя нет никаких российских документов»? Зачем вообще иностранным гражданам, которые в Россию приезжают на временные заработки, российские документы? У них должны быть правильно оформленные документы, выданные их государством. Хотя бы начать с того же паспорта. А «гражданский» муж второй девочки вместо того, чтобы оформлять опеку, пошел бы и с самого начала, при регистрации рождения, признал себя отцом ребенка. Проблема высосана из пальца. И так понятно, если я плюю на законы какого-либо государства, считаю, что могу быть в нем нелегалом, то и это государство не должно нести передо мной никакой ответственности. Все, что оно должно, — это отправить меня на историческую родину. В двух данных случаях, как это описывается в статье, есть безответственное поведение двух молодых женщин, и самое ужасное — по отношению к своим собственным детям.

    • Александра

      Ну вот о чем Вы говорите? Какие, интересно, их гос-ва должны выдавать им документы? Вы в курсе, что обычный узбекский, киргизский или еще какой паспорт сам по себе на территории России — ни о чем? Именно в РФ выдаются документы, удостоверяющие легальное нахождение на территории страны. Это первое.
      А второе, оч странная позиция у Вас. Выходит, гос-ву проще содержать этих детей в сиротских учреждениях, чем вовремя протянуть руку помощи? Это, как минимум, не дешевле, и как максимум, калечит детей. Это же очевидно, нет?

    • Надежда

      Добрый день, Евгения! Консульство других государств находятся не за углом соседнего дома, а в Москве, есть еще в нескольких городах, куда необходимо поехать и лично обратиться. Без средств, с маленьким ребенком, без документов купить билет невозможно. Учтите, что оформление в консульстве документов, это вопрос не одного дня, а ведь надо где-то еще и проживать.
      Если Вы прочитаете статью еще раз и внимательно, то сами и ответите на свои вопросы. Вот так видимо и чиновники, куда ей приходилось обращаться, вроде бы слушали — да не слышали, читали — да не внимали, а ведь решить проблему можно было. Иногда человек не в силах справиться без посторонней помощи, тем более, если вопросы должны решаться на уровне госучреждений. И не дай-то Бог никому остаться с проблемой «высосанной из пальца» один на один, да еще в другом государстве.

  3. mchertok

    Александра, спасибо за статью. Может быть, назовете общественные организации, которые помогли этим несчастным женщинам? Страна должна знать своих героев. Мы ж не Первый канал, чтобы такое скрывать :)

    • Александра

      mchertok спасибо! Это все было в Новосибирске, а организация «Негосударственный центр поддержки семей и детей», но на тот момент они назывались «СибМама».

Leave a Reply