Миссия, стратегия, нетворкинг: чему учат в Московской школе профессиональной филантропии


1 августа благотворительный фонд «Друзья» в партнерстве с НИУ «Высшая школа экономики» во второй раз открывает набор студентов на образовательную программу для руководителей некоммерческих организаций Московской школы профессиональной филантропии.

Первый курс по управлению НКО проходил с ноября 2018 года по июль 2019 года, его закончили 26 студентов, курс включал 8 модулей, 5 дней очных интенсивов в месяц и более 200 учебных часов, а также выступления 72 спикеров, в том числе Светланы Миронюк, Нюты Федермессер, Михаила Зыгаря, Натальи Синдеевой, Валерия Панюшкина и многих других.

По просьбе «Филатропа» выпускники первого курса Московской школы профессиональной филантропии рассказали о целях и результатах своей учебы, а также о том, как это изменит их работу в будущем.

This slideshow requires JavaScript.

«Стратегическое видение было одной из наших слабых сторон»

Антон Поминов, генеральный директор «Transparency International – R». Учился платно

— Почему решили поступать?

— Ничего подобного прежде на рынке образовательных услуг не было. Проект мне показался интересным, поскольку он был рассчитан на обучение руководителей некоммерческих организаций.

— Какие были цели? 

— Мне был важен не звездный состав лекторов, а сам учебный процесс, его содержание. Уровень преподавателей оказался очень высоким. Могу также отметить в качестве преимуществ: деловые игры, тренинги с применением конкретных навыков, работа в группе, подготовка презентаций, проектов в конце модуля. Я видел, как продвинулись мои сокурсники, к примеру, в части публичных выступлений, ораторского мастерства. Те, кто в самом начале стеснялись выступлений, вскоре почувствовали себя более уверенно. И спрашивали с нас достаточно строго по итогам каждого модуля.

До этого я проходил трехнедельный курс в США, но там было больше разговоров о работе институтов государственной власти. Еще я посещал отдельные короткие тренинги по фандрайзингу. Но одно из преимуществ Школы как раз заключалось в том, что в рамках одного курса мы получили широкий спектр знаний.

— Какой главный результат?

Я понял то, что все мои действия в рамках Трансперенси Интернешнл были верны на 75%. Теперь я знаю, что нужно перестроить и что доделать. Например, мы заново начали формировать совет организации, меняем фандрайзинговую стратегию. Для меня и моих коллег, кто долго работает в одной организации и кто успел слиться с ней, позволил отделить себя от организации и понятия «что нужно мне?» от «что нужно моей организации?».

— Как изменится работа после этого курса?

В 2019 году мы провели общий сбор всех сотрудников в регионах. И, возможно, впервые я проводил эту встречу заранее точно зная стратегию развития Трансперенси.

Стратегическое видение было одной из наших слабых сторон. И думаю, что после обучения мы с вновь созданным советом всерьез займемся формированием сильной стратегии.

«Мы, сотрудники НКО, часто работаем в режиме пожарной команды и перестаем задавать себе вопрос «зачем», не видим стратегическую цель, быстро выгораем»

Молдованова Оксана, основатель и президент БФ «Национальный Фонд Поддержки Здоровья Женщин». Получила грант фонда «Друзья» на обучение в размере 50%

— Почему решили поступать?

— Я профессионально занимаюсь благотворительностью в области борьбы с раком груди с 2004 года. Членство в Европейской коалиции по борьбе с раком груди Европа Донна и возможность регулярного обмена опытом с иностранными коллегами дают возможность развивать широкий взгляд. Но когда много лет сфокусирован на одной проблеме, способность видеть привычные вещи по-другому притупляется. И не важно, чем занимаешься, – раком, паллиативом или реабилитацией детей с особенностями развития. Достаточно часто мы, сотрудники фондов, спасаем мир, работая в режиме пожарной команды. В результате перестаем задавать себе вопрос «зачем», не видим стратегическую цель, быстро выгораем.  Я пришла на обучение, чтобы сделать психосоциальную помощь взрослым онкологическим пациентам в нашей стране более доступной и профессиональной.

— Какие были цели?

— Прежде всего — люди. Интересные спикеры, коллеги. Руководители фондов зачастую сильно перегружены, редко общаются между собой.

Нам не хватает качественного нетворкинга. Важен обмен информацией, доступ к новым знаниям, возможность привлечь к разработке своих проектов сильных профессионалов из бизнеса.

— Какие главные впечатления?

— Реальность превзошла ожидания. В первые два модуля нам предложили заглянуть в себя. Вспомнить или заново найти свое «зачем», свою личную миссию. Мечтать глобально, ощутить крылья. И это позволило совершенно по-иному взглянуть на практические инструменты, которые давались на последующих модулях. По меткому замечанию Гора, наши швабры начали летать. И остановиться уже  было невозможно.

Благодаря тандему фонда «Друзья» и ВШЭ, программа получилась очень живая, сбалансированная с точки зрения  академических знаний и soft skills. Даже имея за плечами не одно бизнес-образование, можно найти новые для себя инструменты и в маркетинге, и в менеджменте, и в продажах. Дается много прикладных инструментов, которые тут же  можно применить на практике для своей организации и оперативно получить обратную связь от экспертов. В рамках обучения очень полезной была опция регулярных коуч-сессий с бизнес-тренерами и экспертами фонда «Друзья». И конечно же, люди —  ученики и учителя. Все восемь месяцев в Школе царила потрясающая атмосфера доверия, уважения, поддержки и глубокого интереса к проектам друг друга. Отдельно хочется отметить командную  работу, в результате которой за два месяца мы разработали стратегии для пяти фондов.  У меня был личный опыт обучения в международных программах, поэтому смело могу сказать, что МШПФ задала высокую планку для образования в области благотворительности.

Дмитрий Ямпольский: «В благотворительности всегда будут находиться новые задачи»

— Какой главный результат? 

— Качественный нетворкинг, глубокие личные изменения, переосмысление стратегии развития своего фонда, новые проекты и партнерства.

— Как изменится работа после этого курса?

— Работы впереди предстоит много. Полтора года назад наш фонд открыл первый в России Центр поддержки «Вместе» (аналог британского Breast Cancer Нaven), где женщины  с диагнозом «рак молочной железы» и их близкие бесплатно проходят маршрутизацию специалистов, получают психологические и юридические консультации. Сегодня мы понимаем, что один такой центр не решает проблемы в масштабах страны. Необходима система общественных сервисов и центров поддержки онкопациентов. Это требует значительных ресурсов.

Сложность в том, что гражданское общество до сих пор не осознает масштабов проблемы рака. Лишь столкнувшись вплотную с проблемой, люди понимают, что это бездна. Московская школа профессиональной филантропии дала мне главное — друзей и уверенность, что гражданское  общество шаг за шагом сможет способствовать ликвидацию этой бездны.

«Люди из коммерческого и некоммерческого сектора давным-давно придумали эффективные способы помощи и работы»

Лилия Брайнис, со-основатель, CEO Благотворительного образовательного проекта по развитию навыков 21-го века для приемных детей «Шалаш». Получила грант фонда «Друзья» на обучение в размере 50%. 

Лилия Брайнис. Фото Полина Быконя

— Почему решили поступать? 

— Большую часть жизни я занималась образованием и работала с детьми: вела занятия и исследовала групповую динамику, трудное поведение, образовательные результаты и прочее. Три года назад я начала придумывать благотворительный проект для приемных детей. За три года из небольшой инициативы он вырос в полноценный фонд с образовательной программой и клевыми результатами, невероятной командой ведущих и волонтеров, несколькими группам в Москве, а со следующего года и в Санкт-Петербурге.

За это время оказалось, что управление фондом не всегда лежит в поле здравого смысла и мне нужны специальные знания, чтобы планировать работу и результаты на несколько лет вперед, системно искать деньги, ориентироваться в российском и международном рынке благотворительности, формулировать понятное и убедительное сообщение всем заинтересованным сторонам и так далее.

— Какие были цели?

— Мне хотелось сделать работу себя и своей команды максимально продуктивной. Люди из коммерческого и некоммерческого сектора давным-давно придумали эффективные способы помощи и работы.

Я не люблю изобретать велосипед – я лучше потрачу время, чтобы придумать что-то, чего еще не было. А всему остальному я хочу научиться у профессионалов.

Рынок благотворительности в России существует не первое и не второе десятилетие, а в мире — в разы больше. За это время было сделано миллион открытий, которыми хотелось воспользоваться, и ошибок, которых хотелось избежать. Классно же делать новые открытия и ошибки и потом ими делиться с остальными.

Я не очень верила в то, что сообщество можно сформировать по заказу. И мне кажется, я даже этому немного сопротивлялась сначала. Но это случилось само собой и сейчас я с нежностью думаю о моих коллегах, с которыми провела 9 месяцев.

Оксана Разумова, председатель Правления фонда «Друзья»

Мы приятно удивлены большому отклику со стороны абитуриентов: почти шесть человек на место. По итогам были зачислены 30 человек, из которых до выпуска дошло 26. Некоторые, можно сказать, отсеялись. Это нормальная практика.

Мы хотели создать большой образовательный проект и сделали это. Школа получилась не просто мегапрофессиональной, но еще и интересной, трансформирующей людей. Это история про hard skills, soft skills, про различные практики коммуникаций, ораторское мастерство и многое другое. МШПФ дает большое количество практических знаний, и каждый студент может получить такое количество инструментов, которое позволяет ему запустить проект и «перепрошить» самого себя, переосмыслить миссию своего проекта. Эмоции студентов первого выпуска были самыми разными, студентам было непросто, поскольку программа была очень насыщенной, но и интересной и, уверена, полезной. С конца второго модуля мы почувствовали энергию команды, энергию курса. Люди начали меняться, стали смотреть на себя со стороны. В итоге все 26 выпускников переосмыслили свои проекты: кто-то по-иному взглянул на свою роль в НКО, где он работает, кто-то запустил собственный проект, а кто-то переработал миссию проекта, переименовал его, насытив тем самым новым содержанием. Нам кажется эта история важной. Второй момент: выстраивание дружеских отношений внутри курса. 26 человек – это уже коммьюнити. Они ездят к друг другу в гости, запускают совместные проекты, понимают, что вокруг можно найти единомышленников, найти ресурсы для реализации своего проекта.

Наши ожидания совпадали с тем, что получилось по итогам первого выпуска. Когда мы придумывали архитектуру курса, то, безусловно, смотрели по сторонам. Выяснилось, что ничего подобного нет в России. Есть совместный проект Сколково с Фондом Потанина по целевому капиталу, курсы для социальных предпринимателей, различные просветительские проекты Благосферы и другие узконаправленные курсы. Мы же хотели создать Школу для управленцев. Условно говоря, пройти со студентами весь путь: от идеи проекта до полной его настройки. Вся команда фонда Друзья, учредители вложили большое количество сил в этот проект. Мы изучали образовательные проекты на Западе. Я общалась с несколькими выпускниками, обучавшимися в США и Европе, и могу сказать, что наш проект ничуть не хуже, а по некоторым критериям даже лучше. И конечно же он адаптирован под российскую действительность. 

— Какой главный результат?

  1. Погружение в рынок благотворительности. До этого я была знакома с организациями, которые занимаются работой с детьми-сиротами, а в Школе я ближе познакомилась с фондами адресной помощи, с фондами защиты культурного наследия, даже с фондом исследования рака. Видеть воодушевленных, внимательных, последовательных людей в самых разных областях жизни очень вдохновляет.
  2. Возможность раз в месяц поднимать насущные вопросы и разговаривать про них с самых разных сторон. Трудно представить, как еще выделить время для того, чтобы обсудить с коллегами самые разные вопросы: от очень мелких до фундаментальных (у кого можно брать деньги на свою работу, а у кого — нет.). И Школа в этом смысле создала уникальную площадку.
  3. Опыт создания групповых проектов. Во-первых, ценной оказалась работа в команде. Во-вторых, суперценной оказалась возможность помочь реальному фонду. Это был потрясающий партнерский опыт в том смысле, что мы могли увидеть работу организацию изнутри.

— Как изменится работа после этого курса?

— За время обучения в Школе мы зарегистрировали благотворительный фонд «Шалаш». Это произошло во многом благодаря Школе и тому, что на курсе учились 30 директоров некоммерческих организаций, с которыми я могла обсудить самые разные вопросы: от выбора организационно-правовой формы до критериев выбора главного бухгалтера. И что самое важное, после выпускного эти 30 директоров никуда не деваются, и я знаю, что по любому вопросу мы можем друг с другом связаться и все обсудить.

«Основная задача школы — создание нетворкинга»

Алексей Нестеренко, основатель, один из руководителей и идейный вдохновитель студенческой волонтёрской организации НИУ ВШЭ «Открой глаза». Учился платно.

— Почему решили поступать?

Около 10 лет я занимаюсь благотворительностью, но на любительском уровне. В сектор я пришел из фармацевтики. У меня была своя волонтерская организация, которая работала не суперэффективно. Однако мы ощущали, что делаем добрые и правильные вещи. По мере собственного взросления и взросления коллег-волонтеров, мы поняли, что так больше продолжаться не может. Нужно вставать на профессиональные рельсы. Эта мысль возникла в то же самое время, когда открылся набор в Школу филантропии.

— Какие были цели?

На курсе я был единственным слушателем, который был за пределами профессиональной благотворительности. Изначально было желание почувствовать себя частью большого некоммерческого сообщества. С другой стороны, я стремился понять разницу в собственной работе и работе коллег. Главное ожидание от курса было осознать специфику благотворительной сферы.

Кто, как, кому и почему помогает в России: данные нового исследования фонда «КАФ»

— Какие главные результаты?

1. Меня заставили посмотреть на свой проект гораздо шире, чем я смотрел до Школы. Это дало отличный пинок в работе.

2. Я познакомился с профессиональными, отзывчивыми и любящими свое дело людьми и почувствовал себя с ними на одной волне. Вообще, основная задача Школы — создание нетворкинга, чтобы люди общались и чувствовали себя в едином поле, и это получилось на 100 процентов.

3. Я увидел, что благотворительность может быть не менее профессиональной, чем консалтинг, юриспруденция или фармацевтика.

— Как изменится ваша работа после этого курса?

— Изменилось радикально все. Наш базовый проект по окончании Школы мы с коллегами закрыли и стали создавать гораздо более масштабные, долгосрочные проекты.

«Когда ты находишься в коммьюнити, легче тестировать идеи, находить партнёров и делать системные проекты»

Кузьменко Алена, основатель общественного движения «Юнити» (улучшение качества жизни онкологических пациентов посредством терапии искусством, занятий по красоте), получила грант на обучение.

— Почему решили поступать?

— Долгое время я работала в инвестиционной сфере. Мой переход из коммерческого сектора в благотворительный связан с личной историей. У мамы обнаружили онкозаболевание,
и мы несколько лет путешествовали по миру в поисках лечения, много времени провели в США, где большое внимание уделяется психологической помощи, онкологические пациенты активны и живут полной жизнью пусть и с тяжелым заболеванием. Они рисуют, лепят, стремятся хорошо выглядеть и объединяются по интересам, не связанным с диагнозом. Важно, что человек является центром лечения и на всех уровнях голос пациента является самым важным (будь то конференции специалистов или государственные программы).

Увидев серьезную разницу в качестве жизни онкологических пациентов в России и США и в отношении к человеку, я приняла решение, что буду помогать людям с онкологическими диагнозами и постараюсь применить в России опыт, полученный в США. В тот момент я не знала, как устроен третий сектор в нашей стране. В течение нескольких лет волонтёры благотворительного проекта «Юнити» оказывали поддержку пациентам в онкологических диспансерах и онкологических отделениях больниц и добились в этом определенных успехов. У нас два основных направления — терапия искусством и терапия красотой. Мы организуем регулярные творческие занятия и выставки работ, как профессиональных художников, так и самих пациентов. Один из ярких проектов является проект «Скафандр», в рамках которого пациенты рисуют свои мечты на скафандре, который отправляется в космос. Также мы проводим регулярные мастер-классы визажистов о том, каким образом выглядеть хорошо, несмотря на побочные эффекты лечения, делаем фотосессии пациенток в ярких образах.

Несмотря на то, что мы ведём активную работу с лечебными учреждениями уже несколько лет и активно участвуем в международных проектах, предыдущего опыта, а также добрых мотивов явно недостаточно для создания системы социально-психологической помощи в масштабах страны.

Само благотворительное коммьюнити достаточно закрытое, а узкое направление, которым я занимаюсь, только начало зарождаться.

До недавнего времени в условиях, когда у людей ограничен доступ к лечению, тема качества жизни онкологических пациентов редко затрагивалась.

Но когда ты находишься в коммьюнити, легче тестировать идеи, находить партнёров и делать системные проекты. Слушатели — руководители НКО из разных сфер как крупных НКО, так и основатели собственных небольших проектов.

— Какие были цели?

— Я хотела получить более системные знания в области благотворительности для развития собственного проекта. Школа превзошла мои ожидания. Я могу сравнить Школу филантропии со своими предыдущими образованиями (их было три — я заканчивала магистратуры в России и Шотландии). Все они были структурированы и основаны на научном подходе. Здесь же было много социальных, коммуникационных навыков, тренингов по предотвращению эмоционального выгорания, интересные стратегические инструменты, например, построение стратегии НКО при помощи конструктора ЛЕГО, как делают крупные коммерческие и государственные компании в мире (Tetrapak, Daimler Chrysler, Orange, Nokia, главное патентное бюро Дании).

Помимо лекторов по конкретным дисциплинам, с нами делились и опытные лидеры НКО, такие, как Нюта Федермессер, Фаина Захарова, Дмитрий Даушев, и инсайт-спикеры из несвязанных с благотворительностью отраслей — журналисты Наталья Синдеева и Михаил Зыгарь, бизнесмен и основатель Comedy Club Артур Джанибекян, актриса Ингеборга Дапкунайте.

Как обучение сотрудников НКО влияет на развитие третьего сектора России: результаты исследования

— Какой главный результат?

1. Создание благотворительного коммьюнити активных людей с одинаковыми ценностями (одним ДНК, используя сленг Школы), выстраивание горизонтальных связей. Мы должны кооперироваться, а не закрываться. Социальный эффект будет гораздо лучше.

2. Школа учит студентов смотреть в будущее. Курс на будущее задала на своей инсайт-лекции Светлана Миронюк.

3. Глобальное видение — важно видеть проблему системно и не боятся ставить глобальные цели.

— Как изменится работа после этого курса?

— Я планирую расширить партнерские отношения с другими НКО и другими стейкхолдерами (бизнесом, властью), потому что такие глобальные проблемы, как качество жизни онкологических пациентов, невозможно в масштабах страны решить силами одной организации.

«Я получала знания и тут же их применяла»

Мамиконян Мэри, глава Ayb Educational Foundation (Ереван). Оплатила часть стоимости за учебу

— Почему решили поступать?

— Я долгое время работала в коммерческом секторе. Затем перешла в благотворительную сферу, в которой работаю почти два года. И конечно же, есть ощущение дефицита знаний. Многое нужно подтянуть, изучить, обсудить с коллегами из третьего сектора. Мне также хотелось пообщаться с коллегами вне Армении, поскольку здесь третий сектор очень узкий и нужно было общение с новыми людьми.

— Какие главные впечатления?

— Я думала, что обучение будет происходить по принципу MBA, то есть много совместных проектных работ, профессорских лекций. На самом деле было очень нестандартно. Но в общем и целом, я довольна. Руководители Школы пробовали разные форматы обучения, поскольку это первый подобный опыт в российском некоммерческом секторе. Моим пожеланием изначально было больше кейсов, совместной проектной работы. Мы сделали один большой проект в конце курса, но межмодульного сотрудничества, честно признаюсь, не хватало.

В период работы в коммерческом секторе я проходила обучение, курсы, которые, безусловно, концептуально отличаются от некоммерческого образования. Главное отличие — разношерстность аудитории.

На курсе были и коллеги, пришедшие из коммерческого сектора, и фанатики, как я их называю, то есть люди, увлеченные своей идеей или личной историей. Вторые жадно поглощали информацию. Я приятно удивлялась их энтузиазму, стремлению. Поначалу эта разность мешала, но постепенно мы сплотились.

Пойти учиться: 5 центров знаний по целевым капиталам

— Какой главный результат?

— Во время второго модуля я запустила свой первый некоммерческий проект. Я оставила пост финансового директора одной некоммерческой организации и полностью перешла в благотворительность, зарегистрировала с соучредителями образовательный фонд «Парадигма», собрала команду. Мы сделали первый масштабный проект в июне, а сейчас работаем над тремя другими. И это главный итог обучения. Я получала знания и тут же их применяла.

Второй момент — нетворкинг. Я постоянно советовалась с коллегами, они охотно делились контактами других экспертов из третьего сектора. Сейчас мы планируем осуществить российско-армянский проект.

Третье: мы стали друзьями, которые помогут в решении всех текущих проблем и вопросов. К примеру, одному из коллег нужен был фандрайзер, и в рамках нашего сообщества он быстро нашелся.

— Как изменится работа после этого курса?

— Один из модулей был посвящен HR. По его окончании я провела оценку возможностей команды и поняла, что нужно расширять команду, развивать сотрудников во избежание профессионального выгорания тех, кто уже работает над проектами. Думаю, что реальный результат по итогам обучения можно будет увидеть через два года. В любом случае уже есть идеи и предварительные договоренности о совместных проектах с несколькими коллегами по Школе.


Набор студентов на второй курс Московской школы профессиональной филантропии продлится до 15 сентября, подать заявку можно  на сайте программы.

 

+ Комментариев пока нет

Добавьте свой

Leave a Reply