Нужен ли нам рейтинг благотворительных организаций?


Недавно в Благосфере прошла встреча НКО с рейтинговым агентством РАЭКС, которое создает и поддерживает системы рейтингования банков и страховых компаний, говорили про придуманную ими методику рейтингования благотворительных организаций.

Попытка выглядела солидно — люди хотят делать что-то вроде американского Charity Navigator на российской почве. Высчитывать эффективность, управляемость, развитие и прочее, дабы жертвователям было проще разобраться в организациях. Методика предполагается сложная, с разделением организаций на разнообразные виды и типы с отдельным рейтингованием и сверх всего – с премией «Звезда Филантропа», причём в двух вариантах – формальному лидеру рейтинга и отдельно неформальная премия от экспертов за лучший проект, вроде приза зрительских симпатий.

Докладывал Дмитрий Миндич, который смотрелся солдатом при куче генералов. Во всяком случае, основной огонь критики он принял на себя, а поскольку в авангарде атаки пошёл Лев Сергеевич Амбиндер с поддержкой из Татьяны Тульчинской и Юли Даниловой, Дмитрию пришлось весьма тяжко.

Замечаний к методике было высказано множество – вспоминали и вопросы оценки эффективности фандрайзинга и отдельно эффективности затрат, и сложности сравнения больших организаций с небольшими, и неудачное деление фондов по направлениям деятельности, заставляющее сравнивать тех, кто помогает сиротам с теми, кто кормит бездомных.

Я же хочу сказать пару слов про сам смысл и среду существования рейтинга.

Теоретически предполагается, что благодаря рейтингу настанет в секторе ясность – кто есть кто, кто чем дышит, на кого жертвователям разумно ориентироваться, а кто доверия не стоит. И вместо кулуарной ругани организации начнут просто лучше работать в борьбе за лучшие места в рейтинге.

Есть, однако, у меня серьёзные сомнения, что, даже будучи воплощен в жизнь, рейтинг сработает именно на этот эффект. И вот почему:

1. Источники информации

До конца неясно, каковы будут источники информации для составления рейтинга. Американские рейтинговые системы берут данные из налоговых отчётов НКО, однако в России отчётов такой степени детализации нет. Есть отчёты в минюст, говорящие примерно ничего, а также отчёты в налоговую, которые не публикуются и аудторские заключения, выглядящие абсолютно одинаково у самых разных организаций. Создателям рейтинга остаётся верить на НКО на слово — так себе надёжность, честно говоря. Предложение Льва Сергеевича про расширение и усложнение отчётов в МинЮст я поддерживаю, но в его скорую реализацию не верю совсем.

«Кредит доверия, полученный нами когда-то, заканчивается»

2. Аудитория

В России массовый жертвователь не ориентируется на отчёты НКО при совершении пожертвований. Достаточно сравнить количество жертвователей того же Русфонда с количеством посетителей раздела отчётов у Русфонда на сайте, чтобы это стало полностью очевидно. Подозреваю, что в этот раздел заходит за год меньше народу, чем жертвуют в неделю. Тем паче неясно, с чего вдруг жертвователи побегут изучать рейтинг перед тем, как отправить смску при просмотре телепередачи. Это при выборе страховой или банка люди хотя бы пытаются включать мозг и изучать рейтинги, отзывы и предложения на рынке. А при совершении добрых дел люди в России ориентируются на степень жалостливости истории и собственные эмоциональные переживания. Пожертвование в России — то, что совершается здесь и сейчас, в отличие от страховой, с которой планируется жить долго. И потому рейтинг если и будут изучать, то почти исключительно коллеги и из академического интереса.

3. Региональные фонды

Я не верю, что фонды дружно побегут докладывать авторам рейтинга свою внутреннюю цифирь. Какое-то количество наберётся, но, скажем, региональные организации вероятно не заинтересуются: с Русфондом и «Подари Жизнь» всё равно не потягаешься, а зачем участвовать в рейтинге, где ты точно не будешь на первых местах, и даже во второй ряд не войдёшь? Дело даже не в славе и премии, а просто в трудозатратах. Какие плюшки получит региональный фонд от участия в рейтинге — так и осталось неясным, а время на контакты с ним потратить придётся. В результате получится ещё одна игрушка для четырёх десятков крупных организаций, которые и так всё друг про друга знают.

Неискоренимая помощь: 7 тезисов о том, что такое токсичная благотворительность и что с ней делать

4. Это не первая попытка создать рейтинг

Это не первая попытка сравнить благотворительные организации между собой и завести рейтингование. И все предыдущие попытки остались не вполне востребованы. Ну вот, например, существует «Интегрированная отчётность», вполне пригодная для такого рода задач — и что, в неё стоит очередь из фондов, желающих померяться эффективностью? Нет, о ней вообще мало кто знает в мире НКО. Потому что никому это не нужно в конечном счёте.

Существует «Навигатор» Русфонда, ежегодно публикуются подборки самых успешных фандрайзинговых фондов, все дружно охают от успехов контор типа WorldVita – и на этом влияние «Навигатора» в целом заканчивается. Жертвователи его не читают точно так же, как не читают отчётов.

Сама попытка завести рейтинг, да ещё силами такой уважаемой организации – очень хороша. Это серьёзная работа и она может принести хороший плод.

Когда-нибудь потом, когда благотворительный мир станет другим.

Впрочем, сравнивая, каков он был десять лет назад, и каков он сейчас, я понимаю, что он станет другим быстрее, чем кажется.

 

+ Комментариев пока нет

Добавьте свой

Leave a Reply