Занятость свободных людей. Как на Украине ищут работу для бежавших от войны


Украинский Центр занятости свободных\вільних людей (ЦЗВЛ) принял на себя волну вынужденных переселенцев из регионов, охваченных войной, а также вернувшихся с войны солдат. Здесь помогают им найти работу и вернуться к мирной жизни. Мечта сотрудников центра — создать отдельный социальный механизм по эффективному решению проблем трудоустройства, альтернативный государственной системе. Для пострадавших от войны людей они уже стали такой реальной альтернативой.

12593871_1063254687075213_6638204381213761419_o

За два года в ЦЗВЛ набрались опыта и разработали собственные стратегии, трудоустроили и помогли массе людей, вернувшихся с войны и бежавших от войны. Они провели более 15000 консультаций для внутренне перемещенных лиц, более 5000 соискателей успешно трудоустроены. Этот тип взаимопомощи в экстремальных обстоятельствах теперь может стать примером для стран с аналогичными проблемами. А кризисы и безработица – актуальны всегда и для всех.

— Действительно, у нас ведь уже есть опыт соседних стран: Грузия, Азербайджан, Сербия и Германия, — говорит Вера Лебедева, координатор программы обучения и социального бизнес-инкубатора BizClub в ЦЗВЛ. — Этот опыт говорит о том, что если медлить в вопросе занятости людей, их самореализации – ситуация может дестабилизироваться не только в регионах, куда приезжали временно перемещенные лица (ВПЛ) но и на национальном уровне. И если безработные в местах своего проживания еще имеют за своей спиной родственников или жилье, то беженцы – особая категория, невольно провоцирующая социальное напряжение в обществе. В любом обществе, не только в Украине. Если люди теряют свои профессиональные навыки – конкуренция на рынке труда становится для них невозможной, и это развивает теневую экономику.

Вера Лебедева

Вера Лебедева

— Кого первого вы решили искать — работодателей или работников?

В.Л.: — Мы начали в первую очередь изучать страхи и потребности бизнеса, как будущего партнера по трудоустройству; выстроили отношения с работодателями по всей Украине, что бы именно в их лице иметь поддержку. И стали первыми, кто спросил их о страхах трудоустраивать ВПЛ, мы стали гарантами качества для них. Для этого надо было привлечь в проект профессиональных рекрутеров, коучей и бизнес-тренеров, которые являются одновременно и фильтром, и инструментом для подбора профессионалов. Это были тренеры со стороны самих работодателей в формате помощи от социально ответственно бизнеса. Проблем было много, но главной для нас была одна – процесс трудоустройства на первом этапе шел очень медленно.

— Понятно, что это ваши долговременные наработки, но вы поделитесь с нашими читателями каким-то стратегическим опытом в успешном достижении поставленных целей?

В.Л.: — Советую в первую очередь сформулировать основные причины, делающие процесс трудоустройства медленным и сложным. Мы для себя определили, что надо обязательно учитывать:

  • Отличия регионального рынка труда от столичного.
  • Отсутствие у людей навыков самопрезентации и поиска работы.
  • Разорванные социальные связи переселенцев, которые замедляют процесс адаптации.
  • Новый официальный статус, с которым людям становилось не проще, а реально сложнее искать себе место в новом городе, новое жилье, нового лояльного работодателя.

Эти главные положения легли в основу проекта ПОР (программа обучения и развития) — курсов переквалификации в сжатые сроки. Впоследствии она стала отдельным проектом. Потому нам пришлось первично изучить рынок труда. Результат – в нашем каталоге более 20 курсов на данный момент.

— Это на данный момент, но как у вас получилось?

В.Л.: — Сначала было много трудностей – отсутствие помещений, финансирования, работа не с точечными  запросами, а массово – потоком. Необходимость выполнять несколько функций одновременно: собирать и обучать людей и искать лояльных работодателей. Приходилось помогать тем, у кого не было возможности пользоваться интернетом в поиске работы. Потому выезжали на места – к переселенцам; туда, где они проживали вначале. Первая стабильная локация нашей помощи была в Киеве, потому мы приобщали киевлян к организации курсов, поиску бесплатного помещения, привлекали к администрированию. Не только давали основы новых профессий, но решали многие сопутствующие проблемы: адаптировали не только переселенцев к новым условиям жизни, но и самих жителей столицы адаптировали к проблемам таких же, как мы людей. И что еще более важно — вошло в норму безопасное общение переселенцев между собой. А поскольку к мирной жизни возвращались еще и воины АТО – именно у нас получилась площадка медиации для возможности проговорить обоюдные претензии. С осени 2014 года нашими клиентами стали порядка 5500 ВПО и ветеранов АТО в Киеве и других регионах. Они объединялись между собой в процессе создания своих новый бизнес-проектов, в помощи друг другу в мирной жизни. Таким образом, нам помогали те, кому помогали мы.

Ольга Семенова

Ольга Семенова

— Они и теперь помогают, дополняет Ольга Семенова, координатор по трудоустройству и работы с кандидатами. – Через некоторое время около 10% из 70% трудоустроенных  возвращаются к нам, что бы помогать другим в качестве волонтеров. Мотивации разные. Кто-то нашел работу и просто хочет свое свободное время посвятить помощи тем, кто помог ему. Кто-то, находясь в поисках работы, не хочет выпадать из активного ритма жизни, получать новые навыки и знания, знакомиться с новыми людьми, поэтому остается с нами, как волонтер. Мы постоянно обновляемся людьми, знаниями, связями и – как следствие, возможностями для нуждающихся.

— У вас на сайте обозначено главные направления: переквалификация, помощь в открытии бизнеса, волонтерская и тренерская работа. Насколько мне известно, открыть бизнес на Украине сейчас очень рискованно.

В.Л.: — В европейских странах 40–60% экономики страны дает малый и средний бизнес, в Украине пока 8–12%. К тому же, предпринимательский потенциал среди людей, переехавших из Крыма, Луганской и Донецкой областей, достаточно высок. Особенно радует возрастающее желание демобилизованных бойцов АТО заняться предпринимательской деятельностью в мирной жизни и не возвращаться на войну. Потому, несмотря на действительные сложности, мы просто обязаны их поддержать. К нам приходят разные люди – и те, кто уже имел предпринимательский опыт на  малой родине и те, кто не имел никакого представления о бизнесе.

А BizClub — это первый в Украине социальный бизнес-инкубатор полного цикла – наш авторский проект. Он стал логическим продолжением ПОР (программы обучения и развития). Нам удалось объединить вокруг проекта Киевскую Бизнес Школу, группу компаний ISTIL и сеть автозаправочных комплексов WOG. Сейчас надо находить новые ниши на рынке, а это обычно стартапы. Мы адаптировали швейцарскую программу стартапов. Помогаем за ограниченный период времени создать прототип и протестировать его для дальнейшей оценки потенциальным инвесторам. Полный цикл для тех, кто вообще не знаком с предпринимательством состоит из обучения, краш-теста, менторства, возможных стажировок, общением с потенциальными инвесторами.

— Какие обычно эти бизнес-проекты?

В.Л.: — Обычно не большие. Детские центры, ремонт офисов/квартир, кофейни, производство деликатесов, переработка пластика, нотные редакторы для музыкантов, производство экологически чистого меда, производство одежды из переработанных материалов, онлайн-школа ресторанного бизнеса, квест-комнаты, мобильный центр диагностики патологии молочных желез… Только в последних двух группах у нас было 50 стартапов, до этого наши обучающие программы прошло более 1382 предпринимателя.

— Кто может попасть в категорию стартапа?

В.Л.: — В основном мы ориентируемся не на опыт и умения, и даже не на оригинальность, а на смелость и желание человека воплотить свои идеи. А поскольку 80% наших тренеров волонтеры, для них важно, чтобы люди, которые получают их помощь,  максимально использовали ее в своей деятельности, итогом которой будет реализованный проект. Потому мы подписываем с участниками бизнес-инкубатора договор. От участников ожидаем выполнения ряда обязательств: посещения занятий, выполнения тестовых заданий, а также предоставления отчетов о развитии их проектов. Наша задача — сделать из них самостоятельных предпринимателей, готовых брать на себя риски и ответственность за результат своих действий. Активная фаза нашей помощи длится от 2 до 3 месяцев. По ее окончанию, участники имеют возможность обращаться за дополнительным обучением, консультированием или иной поддержкой в зависимости от запроса. Но бывают случаи, когда придя в бизнес-инкубатор, человек просчитывая окупаемость своей идеи понимает, что она не рентабельна. Это тоже полезно: вовремя сориентироваться. 

— Кто учит людей открывать бизнес?

В.Л.: — Менторами выступают опытные бизнесмены, которые имеют за плечами не один успешный стартап и освоили свои первые миллионы. Есть тренеры, с которыми мы работаем достаточно долго – первыми были сотрудники лояльных к нам компаний, взявших к себе на работу первых наших подопечных. Они рекомендуют своих знакомых в наши обучающие проекты. Потому привлечения тренеров/менторов/консультантов в лице бизнесменов происходит достаточно стихийно. На сайте ЦЗВЛ есть анкета волонтера, заполняя которую они оставляют информацию: чем могут быть полезными, что умеют хорошо делать. Многие – наши выпускники, успешно трудоустроившиеся и открывшие бизнес. При знакомстве с новыми тренерами мы запрашиваем их резюме, проводим собеседование и пробные мастер-классы. Ведь это наша ответственность перед  учениками и будущими работодателями.

— Какие основные выводы по трудоустройству в условиях кризиса?

Ольга Семенова: — Рынок труда неоднороден: некоторые секторы набирают персонал, другие сокращают. Но всегда есть спрос на профессионалов, обладающих не только  необходимыми «узкими» компетенциями, но и набором актуальных «мягких навыков»: психологическая гибкость, умение планировать свою работу и работу других людей, лидерские качества, умение работать в команде и коммуницировать. Люди, пережившие войну, обладают способностью выживания – это хорошо. Но они морально выбиты из колеи. В таком же травмированном состоянии и вернувшиеся солдаты. Сначала люди проходят тренинги, где поднимают свою самооценку, потом приступаем к поиску работы. У нас все волонтеры ведут свои профессиональные категории – медицина, строительство, маркетинг, офисные работники, по всем возможным профилям и профессиям из нашей базы работодателей. Статистика запросов наших клиентов говорит о том, что наиболее популярными сферами поиска работы являются административные должности (примерно, 9% всех запросов клиентов наших клиентов в прошлом году), розничная торговля (7%), рабочий персонал (6%), строительство (5%), промышленное производство (4%) и бухгалтерия (4%). Запросы на поиск работы в остальных отраслях, примерно, равны и составляют от 1% до 2%.

Мы научились учитывать очень многие показатели. Играет роль пол и возраст клиента, его приоритетный регион поиска работы, образование и семейное положение. Есть зависимость между уровнем образования клиентов и запросами, с которыми они обращаются. Клиенты со средним уровнем образования реже (на 49%) обращаются за помощью в составлении резюме, (на 22%) меньше интересуются поиском учебных программ и на 19% меньше обращаются за консультацией рекрутера, чем клиенты с другим образованием. Но они на 21% чаще ищут временную работу.

Клиенты с незаконченным высшим образованием на 21% чаще обращаются с запросом участия в учебной программе, а клиенты с высшим образование на 18% реже обращаются за поиском временной работы.

Есть также небольшие различия в запросах у мужчин и женщин всех возрастов. Например, мужчины в возрасте от 18 до 30 лет на 25% чаще, чем женщины аналогичного возраста, обращаются с запросом на профориентацию. Противоположная ситуация в возрастной группе «51–60 лет»: там женщины на 31% чаще обращаются с аналогичным запросом, чем мужчины.

С поиском временной работы чаще (на 27%) обращаются мужчины в возрасте от 18 до 30 лет, чем женщины аналогичного возраста. Они также на 27% чаще, чем женщины, обращаются за помощью в составлении резюме.

Женщины в возрасте 31-40 лет — на 52%, 41-50 лет — на 65% и 51-60 лет — на 91% чаще обращаются с поиском учебных программ, чем мужчины соответствующего возраста.

Участницы тренинга в Проекте 45+

Участницы тренинга в Проекте 45+

— Женщины, как всегда, более активны?

О.С.: — Уровень безработицы среди женщин-клиентов ЦЗВЛ выше, чем среди мужчин, поэтому у них есть больше времени для того, чтобы принимать участие в учебных программах, и у них выше мотивация иметь достойное, грамотное резюме. Мужчины с профессией в руках более востребованы в любом возрасте: соответственно, нет столько времени и необходимости следить за своим резюме. Но в том положении, в котором находятся переселенцы всех возрастов, искать средства к существованию надо всем. Потому в таких семьях все ищут работу, вне зависимости от трудоспособного возраста.

— Чем вы отличаетесь в поиске от соответствующих сайтов по вакансиям или от государственного Центра занятости – где просто предлагают работу по профилю? 

О.С.: — Комплексностью. На одного человека у нас несколько специалистов. Это и помощь карьерного консультанта и/или коуча; посещение комплекса учебных мероприятий по трудоустройству; при необходимости, прохождение курса подготовки по выбранным темам. Сам процесс поиска может длиться до трех месяцев. А сайты по поиску работы – это наши партнеры, а не конкруенты. Так же как и организации «Крим SOS», «Донбасс SOS», «Восток SOS» — поддерживающие переселенцев в бытовых проблемах. С другой стороны – мощные тяжеловесы на рынке труда  «Нова пошта», «МТС», «УкрСиббанк», «WOG», «DTEK», «Миронівський хлібопродукт», супермаркеты «Billa», «Novus», «Fozzy Group», «Ашан». Поддержка более 1000 работодателей по стране. Под их запрос и с их помощью мы создаем обучающие курсы.

Наибольшим спросом пользуются направления «Профессия официант», «Мастерство продаж», «SMM», «SEO» и «Photoshop» (графические редакторы, компьютерная грамотность, работа с онлайн-технологиями, навыки продаж или какие-то из двух десятков других). Особенно популярны курсы «Интернет-магазин с нуля». Отдельная благодарность тренерам–преподавателями курсов английского языка, курсы ПК «Стримлайн, рекрутинговому агентству «Параграф». Мы также очень благодарны нашим бизнес-партнерам, которые помогают нам с арендой офиса, различными консалтинговыми, юридическими и аудиторскими услугами. Сегодня у нас есть доноры и партнеры. Они вдохновляют, поддерживают и критикуют нас. Особенно мы благодарны нашим партнерам из Украинской агенции по повышению уверенности (UCBI), которая финансируется Агенством США с международного развития (USAID). Грант, который мы получили в рамках нашего сотрудничества, — самый большой в истории «ЦЗВЛ». Мы надеемся, что наше взаимодействие будет продолжено. И конечно, «ЦЗВЛ» был бы невозможен без наших волонтеров, которые выполняют огромное количество различных задач: от общения с клиентами на «горячей линии» до переводов текстов и дизайна материалов. Они делают работу центра многопрофильной.

— Есть категории, к которым нужен особый подход?

 Пожалуй – это воины, которые хотят вернуться к мирной жизни. Но в силу полученных ранений, инвалидности – их уже не могут взять на старое место. – Делает вывод Оксана Воропай, волонтер по работе с воинами АТО.Сразу мы хотели сделать пилотный проект, который бы за полгода решал проблемы вернувшихся с войны… но почти на следующий месяц поняли, что эта сфера слишком тяжела и нам пришлось прокладывать свой путь поиска трудоустройства солдат. Тем, кто сталкивается с подобным, надо учитывать:

  • Ветеранам с инвалидностью нужно не менее года на адаптацию – медицинскую и психологическую.
  • Они очень нуждаются в вашей поддержке, несмотря на то, что не приходят сами. Их приводят волонтеры, близкие, друзья.
  • Они не начнут работать сразу, в большинстве случаев они выбирают профессию через переоценку ценностей. Даже те, за кем сохранили рабочее место.
  • Прошедшие военную жизнь предпочитают находиться среди «своих» — того окружения, которое их понимает. И это на первом этапе – есть базовой потребностью бывшего солдата. Потому хорошо срабатывает формат общего бизнеса среди ветеранов, когда они создают свои программы помощи, как общественные организации.

Так что наш процесс по трудоустройству бывших военных – стал более проектом по их адаптации. Работаем даже с их семьями и с обществом в целом. Применяем подход кейс-менеджмента по полноценной поддержке – медицинской, психологической, юридической.

Oksana VOropay

Оксана Воропай

В этом направлении работает проект «Кофе с психологом» и тестирование в системе Psycho Scan System (PSS), которая обеспечивает доступ к наиболее достоверной информации о стремлениях и возможностях человека. В этом нам помогает проект «Профкопмас». Благодаря этому сотрудничеству мы выяснили, что таким людям трудно работать в больших обслуживающих компаниях. Большинство идет в охранные системы, курсы реабилитологов для спортсменов. Например, Максим из Краматорска был IT-специалистом. Но ранение головы почти лишило его зрения. И он, еще продолжая лечение и борьбу за оставшиеся проценты зрения, окончил курсы массажистов, планирует поступить в университет на реабилитолога и сейчас практикует в центре реабилитации для людей с инвалидностью.

Интересуются ветераны иностранными языками, компьютерными курсами, самые смелые идут в наш бизнес-инкубатор. Один из наших участников реализует IT-проект «Техническая поддержка местных СМИ»; ищет инвесторов бизнес-идея от бывших военных «Уличная еда – конусная пицца».

— Они занимаются вместе с переселенцами?

Оксана Воропай: — Есть опыт общих групп, конфликтов не было. Очень редко ветераны, говорят, что не хотят заниматься совместно с переселенцами. Чаще просто перестают посещать занятия. У этих двух категорий – разный опыт пережитого. Но мы как раз и видим в этом еще одну нашу функцию: примирение и продолжаем работать в этом направлении.

— Как изменились соотношения со времен первого наплыва демобилизованных?

О.В.: — Уже за 2016 год состоялось более 300 консультаций (83% — участникам АТО; 17% — членам их семей). Из этих людей 44% подучили помощь в поиске по всем направлениям. 30% прошли обучающие программы и курсы. 10% — получили помощь психолога. 7% — юридические консультации. 9% — медицинскую реабилитацию. По возрасту к нам обратилось: 47% — от 18 до 30 лет, 33% — от 31 до 40 лет, — от 41 до 50 лет.

— А если люди не могут к вам попасть физически?

О.В.: — Спросом пользуется не только дистанционное обучение, но и дистанционная работа. Проводим он-лайн курсы IT-специалистов, готовим к поступлению в ВУЗы. Но и на местах – где уже есть наши филиалы – есть сеть волонтеров, к которым можно обратиться за помощью.

— Все время вспоминаем волонтеров, а в чем особенность их работы?

О.В.: — Первыми волонтерами в трудоустройстве был наш коллектив – (Коваль Ирина, Лебедь Марина, Филинская Марина, Оксана Воропай, Лебедева Вера, Конончук Евгения). Но в зависимости от расселения вернувшихся с войны и беженцев, начали появляться запросы из других регионов. К нам за опытом, за поддержкой обращались такие же волонтеры. Они на местах развивали филиалы. Если говорить о центральной и восточной Украине, наши офисы расположены в Днепропетровске, Запорожье и Харькове, Краматорске, Львове, Луцке — эти области приняли на себя большое количество внутренне перемещенных лиц, соответственно, работа волонтеров там — это ежедневный интенсивный график и количество волонтеров, которые привлекаются в этих регионах, намного больше, чем например, в офисах Львова или Луцка. Во Львове немного спокойнее, но там есть свои особенности: мы делаем упор на вопросы культурной адаптации, пытаемся дать нашим кандидатам не только навыки поиска работы и развития личностных и профессиональных качеств, но и способствовать интеграции в местное сообщество.

Марина Лебедь, Евгения Конончук, Вера Лебедева, Игорь Арбатов, Алена Чумакова и Ирина Коваль

Марина Лебедь, Евгения Конончук, Вера Лебедева, Игорь Арбатов, Алена Чумакова и Ирина Коваль

Волонтеры все очень разные и по уровню квалификации, и по степени вовлеченности, и по сложности задач. Например, есть HR-специалисты, тренеры, которые помогают с проведением профессионального обучения, как для наших клиентов, так и для волонтеров и сотрудников организации, есть IT-специалисты, помогающие с написанием и сопровождением нашей собственной CRM-системы. И конечно, специализация отличается в регионах в зависимости от потребностей на местном рынке труда.

— У вас появилась финансовая поддержка. Ваши волонтеры получают зарплату?

О.В.: — Наши волонтеры не получают заработной платы, при этом есть оплачиваемые сотрудники, мы разделяем эти понятия. Примерное соотношение волонтеры\работники можно выразить в цифрах 70:30, то есть волонтеров в два раза больше. Наличие стабильной оплачиваемой команды позволяет эффективно организовывать работу всей организации. И конечно, постоянным нашим работникам надо обучать новых волонтеров всему: от разговоров по горячей линии до рекрутинга. Думаю, научиться профессии по подбору персонала – это очень востребовано сегодня. Обучая волонтеров, мы, по сути, обучаем их так же, как наших клиентов. А получив у нас практические навыки, они смогут так же реализовать себя в профессии.

— Вы теперь профессионалы своего сектора. Каковы ваши впечатления по системам трудоустройства на Украине и в мире – как на государственном уровне, так и среди общественников?

Ольга Семенова: —  Мы восхищены комплексными программами интеграции и адаптации в новой среде, активной успешной работе, которые применяются в Канаде, Англии и Новой Зеландии. Конечно, в большинстве этих стран такие программы реализуются при поддержке государства или под его заказ. Общественный сектор этих стран – полноценный партнер государства в реализации практических программ, который объединяет возможности центрального правительства, местного бизнеса и принимающих сообществ. Именно такую модель взаимодействия с партнерами мы стремимся внедрить у нас.

+ There are no comments

Add yours

Добавить комментарий