Мир настоящих вещей


Центр социальной реабилитации «Турмалин» работает в Москве с 2003 года — это старейшие и уважаемые ремесленные мастерские для людей с ментальной инвалидностью. За годы работы организация сумела стать настоящим керамическим брендом.

О буднях и праздниках «Турмалина» в интервью «Филантропу» рассказали директор организации Анастасия Бельтюкова и ведущие мастерских Наталья Рыбакова и Светлана Дроздова.

Это слайд-шоу требует JavaScript.

В 2003 году в фонде развития лечебной педагогики и социальной терапии «Лемниската» создали центр «Турмалин» (кроме «Турмалина» у фонда еще два проекта — образовательный центр им. Иты Вегман (программа профессиональной переподготовки специалистов по лечебной педагогике) и кэмпхиллская деревня «Чистые Ключи»).

Во всех своих проектах, фонд «Лемниската» опирается на разработки австрийского ученого, философа и антропософа Рудольфа Штайнера.

Каждый человек — личность, достойная уважения. Его физическое тело может быть нездорово, но ядро — душа — остается нетронутым болезнью. Просто тело «фальшивит», словно расстроенный музыкальный инструмент, и не дает сыграть гармоничную и стройную мелодию души.

Эти принципы Штайнера, используемые и в вальдорфской педагогике по всему миру, заложены в основу фонда, объясняет Анастасия Бельтюкова: «Нам важен комплексный подход, создание инфраструктуры, где человек с ментальной инвалидностью может полностью раскрыться, стать взрослым и ответственным за то, чем он занимается».


Люди с инвалидностью приходят в «Турмалин», чтобы «сыграть» уникальную мелодию своей души. Ведь здесь они учатся выражать себя через искусство, осваивать бытовые навыки и правила общения. В очных программах мастерских занимается 60 человек старше 18 лет. Кто-то попал сюда благодаря «сарафанному» радио, кто-то узнал об организации через соцсети, а другие — от специалистов-дефектологов с факультета специальной педагогики Московского педагогического университета, с которым сотрудничает организация.

«Родители часто задают вопрос: мой выросший «особый» ребенок закончил колледж, рабочих мест на открытом рынке труда нет, что делать дальше? Приходить к нам. Места у нас ограничены, в мастерских тесновато — помещаются обычно от пяти до семи человек, и поэтому люди ждут своей очереди, чтобы к нам попасть. Мы ориентированы на длительное и многолетнее участие в реабилитационных программах. Трудовых книжек у нас нет, но мы заключаем договор с человеком и закрепляем за ним место», — отмечает Бельтюкова.

Некоторые подопечные ходят в центр со дня основания, другие — то приходят, то уходят, и их место передается следующим в очереди. Причины ухода разные: люди переезжают,  поступают в колледж или уходят в другие мастерские.

10 инклюзивных мастерских, где можно купить подарки

Как построена работа центра

В «Турмалине» есть несколько мастерских: свечная, столярная, музыкальная, керамическая и фьюзинг (технология изготовления витража — прим.редакции). В каждой из них есть по два сопровождающих, которые следят за процессом и учат технологиям. Наталья Рыбакова работает сопровождающей в столярной мастерской, поскольку дерево — ее любимый материал. Она закончила курсы деревообработки и ходила к разным знакомым мастерам на небольшие мастер-классы. По специальности Наталья педагог и сейчас учится на специалиста по работе с детьми с особенностями развития.

Светлана Дроздова окончила училище искусств. Она начинала как педагог в музыкальной школе и до «Турмалина» работала в школе для детей с множественными нарушениями развития, где вела групповые и индивидуальные занятия.

«Постепенно пришло осознание, что музыка терапевтична сама по себе и когда человек играет, и когда слушает, потому что на нее отзываются внутренние силы организма. Не могу сказать, что я сразу вошла в контакт с подопечными. Сначала я их боялась, не понимала, как с ними взаимодействовать, но шаг за шагом росла и набирала опыт общения,  появились невозмутимость и стойкость. Привычка вырабатывается практикой. Если у подопечного мысли далеко, то я начинаю наигрывать какой-то ритм и что-то напевать, тогда человек включается в мою мелодию. Это означает, что музыка проникла в душу, зацепила. Мне хочется научить их музыкальной грамоте и игре на инструменте, но пока у нас занятия построены на импровизации», — говорит Светлана.

День в «Турмалине» начинается с утреннего круга в 10:30. На нём участники вспоминают, какое сегодня число, день недели, год, где они находятся.

«Это важно потому, что людям с ментальной инвалидностью тяжело ориентироваться во времени и месте. Обсуждаем погоду, впечатления, поем пару песен, их содержание обычно привязано ко времени года. Спеть песню — это способ услышать друг друга, собрать группу воедино. Несмотря на нарушения интеллекта, ребята ведут себя как взрослые. До сих пор бытует такое восприятие — если человек с ментальной инвалидностью не может посчитать сдачу в магазине, то он «вечный ребенок». Это не так: у них зрелые эмоции и переживания, желание самореализоваться», — рассказывает Наталья Рыбакова.

После утреннего круга участники расходятся по своим мастерским. Каждый из них занимается своим делом. Человеку с ДЦП может быть некомфортно заниматься с холодной мокрой глиной, ему можно пойти в свечную, где материал душистый, мягкий, теплый — он помогает снять напряжение в мышцах. Другие люди, работая с твердым и холодным, пробуждаются и фокусируются на процессе создания. У третьих могут быть проблемы с удержанием внимания — работа с шерстью дает им тактильные ощущения, ткачество помогает сосредоточиться на небольших деталях, резка и шлифовка хрупкого стекла требует аккуратности, точности. Кто-то успевает трудиться сразу в нескольких мастерских.

Если участники устают, то могут в любой момент взять перерыв, выйти, уединиться, отдохнуть, даже полежать. Преподаватели также проводят регулярные «чайные» паузы: материалы откладываются в сторону, ребята сами накрывают на стол, ставят чашки, тарелки, заваривают чай. Такая процедура важна не только для отдыха, но и чтобы обучить подопечных бытовым навыкам: ведь многим родители дома даже не дают помыть посуду.

В середине дня дежурные готовятся к обеду: ставят посуду на стол, разогревают еду. После обеда у всех перерыв: можно отдохнуть, почитать книжку, позвонить родным. Затем подопечные возвращаются к работе. Заканчивается всё вечерним кругом в 16:00 — на нем ребята поют, играют на музыкальных инструментах, общаются, делятся историями.

«Процессы нашей работы разделены на операции, чтобы все могли поучаствовать в изготовлении изделия. Кто-то способен сделать изделие от начала до конца, но это не главная цель. В процесс работы мы включаем разных ребят с различными особенностями, и каждый может внести свой вклад, быть полезным и востребованным.

На разных этапах продукт мастерской — общее и цельное, поэтому важно участие каждого.

Так сплетается цепочка коллективной, совместной деятельности, где конечное звено — красивые чашки, вазочки и роскошное дачное кресло из неотесанной древесины, украшающее мастерскую», — говорит Рыбакова.

Это слайд-шоу требует JavaScript.

Уникальная работа

Работы подопечных нельзя купить в магазине или в интернете. Единственное место, где они продаются — это благотворительные ярмарки, информация о которых публикуется в соцсетях центра.

«В нашем случае это ручной труд, уникальная штучная работа, и поточное производство невозможно. Так что если вам понравилась какая-нибудь вазочка, то милости просим на ярмарку, она обязательно вас дождется», — говорит Анастасия Бельтюкова. Купить продукцию можно и на платформе «Планета.ру». По словам Бельтюковой, это не продажи в чистом виде, а вознаграждение за участие в благотворительном сборе.

Сами подопечные пока не получают зарплату. Деньги от продажи изделий идут на развитие центра. Прямо сейчас организация собирает средства на подъемник на первый этаж, чтобы сделать центр доступным для тех, кто передвигается на колясках.

Центр также финансируется из фонда Президентских грантов, грантов Правительства Москвы, грантов фонда «Абсолют-Помощь» и из пожертвований. Помимо этого сбор пожертвований в поддержку центра ведёт фонд «Лемниската».

«Поддержка будет»: где НКО получить гранты на помощь

«Наше финансовое положение, даже во времена сегодняшней экономической турбулентности не устойчивое, но и не критическое. Мы стараемся писать заявки на гранты так, чтобы расширить нашу работу», — отмечает Бельтюкова.

Праздники «Турмалина» 

Наталья Рыбакова рассказывает: самый радостный момент для всех преподавателей — это когда у кого-то из подопечных начинает получаться что-то, что было раньше не под силу.  Такие события сотрудники «Турмалина» отмечают, как настоящий праздник.

«Это всем известный эффект Тома Сойера: сначала надо зажечься самому, а потом зажечь другого. Вдохновение заразительно — ребята начинают понимать, для чего они работают. У них рождается потребность быть частью коллектива, рабочего процесса, вкладывать душу в изделие. Ведь мы делаем не поделки, как в кружке лепки из пластилина, а практичные, востребованные, уникальные вещи.  Я этот процесс называю введением в мир настоящих вещей», — говорит Рыбакова.

Люди с ментальной инвалидностью могут и хотят работать, хотя в России пока что очень мало мест, где они могут это делать. Центр «Турмалин» не только даёт каждому такую возможность, но и обучает простым повседневным вещам: сделать чай, помыть посуду, убрать за собой, собраться на прогулку. Так ребята могут не только заниматься любимым делом, но и постепенно приучаться к самостоятельной жизни, чтобы не попасть в стены психоневрологического интерната после смерти родных.

Вы можете поддержать работу центра, чтобы «Турмалин» смог помочь как можно большему числу людей.

 

+ There are no comments

Add yours

Добавить комментарий