«Это касается всех нас»: как фонд «Протяни руку» помогает тем, кому не любят помогать


Фонд «Протяни руку» был основан в 2014 году юристом Светланой Бахминой и предпринимателем Валерием Баликоевым. Фонд занимается помощью женщинам с детьми и подросткам, отбывающим заключение в исправительных колониях. Директор фонда Наталья Костина рассказала «Филантропу» о людях, которых не принято понимать и поддерживать, и о том, как выживать фонду, который таким людям хочет помогать.

Наталья Костина, фото Жени Жулановой

Помощь, которая нужна

«Сегодня я получила письмо, где женщина описывает свою жизнь. У нее было все хорошо —дом, семья, работа. Она попала в аварию, потеряла работу, стала инвалидом. Ребенок утонул. Жилье сгорело. Муж с этим просто не справлялся. Началась алкогольная зависимость. В итоге она в потасовке ударила его ножом. Дали 6 лет.

Мы помогаем заключенным и их семьям, прежде всего женщинам в местах лишения свободы. И да, привлечь внимание к нашей теме достаточно сложно. Мы пытаемся снять ожесточенность, напряжение между людьми с разных сторон колючей проволоки. В основном это осуждение. Вопрос, почему женщина это совершила, никого не волнует. Да, большая часть вины на ней, потому что всегда есть выбор, но иногда человеку кажется, что это безвыходная ситуация.

Пожертвования в наш фонд поступают в основном от физических лиц. От юридических тоже бывают, но достаточно редко. В год мы собираем порядка 2 миллионов рублей, и все они тратятся на наши программы. Вся административная деятельность оплачивается за счет учредителей.

Я много где работала — и в бизнес-проектах, и в администрации небольшого района. Но именно здесь, в фонде, я чувствую удовлетворение от нужности происходящего. Я понимаю, что если я этого не сделаю, этого не сделает никто. Значит, кто-то останется без помощи, которая ему нужна.

Бывает, что становится тяжело, но переворачиваешь страничку — и дальше работать.

This slideshow requires JavaScript.

Дочки-матери

Мы помогаем не только мамам, но и детям. Фонд «Протяни руку» работает в 13 регионах России, где при женских колониях есть дома ребенка. В них живет от 400 до 500 малышей.

Они ни в чем не виноваты, но наказаны с самого рождения: им приходится отбывать наказание вместе с матерью.

В 11 колониях есть корпуса совместного проживания, а в двух оставшихся (в Хабаровске и Нижнем Тагиле) мам приводят на свидание к детям. Кормящих — по часам кормления. А так мама приходит два раза в день в свободное от работы время и гуляет с малышом.

Во время пандемии многие колонии ушли на казарменный режим: даже персонал не выходил, состав сменялся через каждые две недели. И в Хабаровске, где дом ребенка находится не на территории колонии, а через дорогу, во время локдауна мамы с детьми вообще не виделись.

Женщин, в отличие от мужчин, почти никогда не встречают из тюрьмы. Им и в тюрьме помогают гораздо реже и меньше.

У нас есть проект «Сумка в роддом» для беременных женщин. Рожают они в обычных роддомах, куда их отправляют под конвоем. И когда женщине вот-вот предстоит посетить роддом, ей вручают нашу сумку. Там лежит все самое необходимое: послеродовые прокладки, памперсы для ребенка, средства гигиены. Недавно мы начали переговоры с психологом Людмилой Петрановской: хотим для комплектов в роддом создать брошюрку о материнстве в условиях колонии.

Женщинам, выходящим из тюрьмы с ребенком, приходится особенно тяжело. Им буквально некуда и не в чем пойти, не во что переодеть ребенка, не видевшего еще ничего, кроме тюремных стен. Наш проект «Дорожный комплект» помогает женщинам в этот прекрасный и сложный момент — в момент выхода на волю. Это одни из старейших и самых востребованных программ. Мы собираем рюкзачок, куда складываем все необходимое: смену белья ребенку, бутылочку, соску, игрушку, маленький набор продуктов. Кроме того, мы передаем люльку или коляску (в зависимости от возраста ребенка) и телефон, оплаченный на месяц. В течение этого времени мы пытаемся поддерживать связь. Но многие не хотят. Большинство стремится забыть о своем тюремном опыте, как только оказывается на свободе.

От государства женщине, которая освобождается с ребенком, положены 800 рублей и билет до места проживания. За полгода до освобождения сотрудники дома ребенка начинают выяснять, где ребенок будет жить. В крайнем случае, когда пойти им вообще некуда, есть кризисные центры, которые принимают мам с детьми.

This slideshow requires JavaScript.

Шок от внешнего мира

Еще одна наша программа — «Жизнь за периметром» — адресована только детям. Что видят дети, находясь в местах заключения? Колючую проволоку, собак, людей в форме — все. В рамках этой программы мы организуем различные поездки для малышей на волю. К сожалению, в прошлом году из-за пандемии программа практически не реализовывалась. 

Но когда есть возможность, мы оплачиваем трансфер и билеты — в театр, цирк, зоопарк, парк аттракционов. У каждого ребенка есть свой сопровождающий. Потом они присылают отчет о том, как дети съездили. Какие у них лица, когда они в первый раз видят кошку! Даже автобус первый раз дети воспринимают по-разному: кто-то плачет, боится, не идет в него. Со второй попытки бежит, потому что знает, что это интересно.

Эта программа помогает детям избежать шока от внешнего мира.

Руководители домов ребенка рассказывают, что наши малыши в игровых центрах ведут себя очень культурно и адекватно. Если другие дети разбрасывают игрушки, то эти берут и ставят на место, им даже никто не говорит. Видимо, система все-таки берет свое.

Ребенок может находиться в доме ребенка до 3 лет. Если женщине остается срока полгода, могут придержать, чтобы они вместе освободились. А если дольше, ребенка передают в семью (к отцу, к бабушке), отдают под опеку или — самый плохой вариант — отправляют в детский дом. Чтобы потом его оттуда забрать, женщине нужно будет доказать свою состоятельность: найти работу, продемонстрировать жилье, пригодное для ребенка. Далеко не каждая с этим справляется.

У фонда есть программа в колониях — «Образование без границ», в рамках которой мы привозим интересных людей в колонии для подростков, и они читают лекции о разных профессиях. Возможно, у кого-то из ребят возникнет интерес к чему-то. В основном работаем с колониями для мальчиков, потому что у нас из 23 подростковых для девушек всего две колонии: в Томске и Новом Осколе. Правда, когда в колониях казарменный режим, туда невозможно попасть — ни с лекциями, ни с курсами.

«Всё, чтобы прервать цикл сиротства и бедности»: Варвара Пензова

На свободу без долгов

В 2018 году наш проект «Возрождение: поддержка и реинтеграция в общество женщин, освобожденных из мест лишения свободы» поддержал Фонд президентских грантов. В рамках проекта у нас был курс экономической грамотности. Многие же сидят по 6-8 лет, выходят в совершенно другой мир. Не все представляют, что такое бесконтактная карточка, которой мы привыкли платить. Даже не знают, как завести электронную почту, составить резюме, чтобы помочь себе в поисках работы. К нашим лекторам они подходили с двумя основными проблемами: как найти работу и где жить. Решать их сложно. Поэтому мы хотим наладить сотрудничество с HeadHunter и SuperJob, которые действуют на всей территории России.

Сидя в колонии, женщины работают в основном на швейном производстве. Шьют форму для сотрудников полиции и ФСИН. Зарплаты у них небольшие. Каждое второе письмо описывает, что у них остается после вычетов от 300 до 500 рублей в месяц. Но это реальная профессия, которая есть у них в руках. Правда, мест, куда бы они могли с ней устроиться после выхода на свободу, не так уж много.

Кроме того, часто женщины выходят на свободу с долгами: из тюрьмы очень сложно закрыть ИП, чтобы не капал долг, сложно платить по кредитам, и проценты растут. Мизерная зарплата, которую они получают, уходит на содержание в колонии, алименты несовершеннолетним детям, на оплату судебных издержек. Нужна помощь извне, чтобы не освободиться с горой проблем.

По идее, в колониях проходят занятия в «Школе освобождения», где готовят, но судя по тому, что рецидивы случаются очень часто, они не особенно результативны.

И наша программа «Возрождение» была задумана в том числе и для того, чтобы объяснять сотрудникам колоний, как они реально могут помочь. Надеемся, что после пандемии мы сможем ее продолжить.

Никто не ждет

Основная масса женщин, которые находятся в заключении, росла в детдомах или неблагополучных семьях. Самые частые статьи, по которым они осуждены, — это наркотики и убийства, причем на бытовой почве.

Различие между мужчиной и женщиной, которые отбывают наказание, очень велико. Редко встретишь мужчину в колонии, которому не помогает жена, подруга или знакомая по переписке. А когда в места заключения попадают женщины, практически все они остаются без помощи с воли.

Недавно из Можайской колонии выходила женщина с малышом, и нам передали, что от нас ничего не требуется, потому что ее встретит отец ребенка. Она даже отказалась от того, что положено ребенку при выходе: его полностью одели и обули с воли. Но это единственный такой случай.

Как обучать и мотивировать волонтёров: опыт фонда «Вера»

Работа с волонтерами

Волонтеров находить достаточно сложно. Даже приехать в колонию вручить дорожный комплект — это уже целая миссия, поскольку путь до нее обычно неблизкий. Но во всех 13 регионах у нас есть волонтеры. Они участвуют, в том числе, в проекте по адресной помощи: в наших соцсетях мы публикуем просьбы женщин о помощи, а они собирают посылки и отправляют. Кто-то пишет письма подопечным.

Еще у нас есть волонтер, который помогает женщинам, которые безнадежно больны (в основном, это туберкулез, ВИЧ), освободиться по болезни. Он помогает собрать огромный пакет документов, подать прошение, искать больницы, которые готовы принять этих женщин, потому что просто так они выйти не могут. Четверых он уже вытащил, их взяли в больницы. Сейчас их осталось трое.

Глобальная цель

Наша глобальная цель — программа по ресоциализации, чтобы снизить процент рецидивов. По статистике в России возврат в тюрьму больше 50%. А в третий раз туда попадает больше 30%. Эта проблема касается нас всех. Заключенный же выходит в общество. В России принято считать, что если человек побывал в тюрьме, то наладить свою жизнь ему будет очень сложно. В отличие от той же Америки, где в местах заключения можно даже высшее образование получить. У нас подростки в колониях могут рассчитывать только на корочку столяра или маляра.

Хочется, чтобы система ФСИН была не такой закрытой. Сейчас ведь в каждом регионе каждый наш въезд в колонию нужно одобрять отдельно.

Должны быть площадки, на которых НКО могли бы что-то предлагать, и нас бы слышали. Конечно, помогать людям в заключении очень сложно. Между нами физическая стена с колючей проволокой. И именно фонды являются той силой, которая может помочь людям с той и с другой стороны».


Если вы хотите помочь фонду «Протяни руку», здесь можно сделать одноразовое или подписаться на ежемесячное пожертвование.

Сделать пожертвование в фонд

 

+ Комментариев пока нет

Добавьте свой

Leave a Reply