Бездомная зима. 500 человек пережили холода благодаря «Ночлежке»


Когда зимой человек получает увечья или умирает от обморожения не в лесу, а среди людей, это дико. Когда это происходит в большом городе с его претензией на цивилизацию и культуру, это ещё более дико. Дико, но, увы, очень понятно и привычно. Каждую весну желающие могут знакомиться со статистикой – сколько бездомных людей за прошедшую зиму получило травмы от холода, сколько скончалось.  Например, только по официальным данным с  ноября 2012 по март 2013 года в Санкт-Петербурге умерло 1042 человека. Еще сотни стали инвалидами после ампутаций. 

Одна из старейших благотворительных общественных организаций Санкт-Петербурга – «Ночлежка» — с 2007 года каждый зимний сезон (с начала декабря по конец марта) устанавливает пункт обогрева – большую отапливаемую палатку, рассчитанную более чем на 50 человек, в которой бездомные люди могут найти тёплый ночлег. В нынешнем сезоне удалось поставить две палатки в двух районах города – Фрунзенском и Василеостровском. С финансированием проекта помогли Комитет по социальной политике Санкт-Петербурга, а также неравнодушные горожане – жертвователи «Ночлежки». За период холодов в пункте обогрева на улице Расстанной переночевало 395 человек, в пункте обогрева на Морской набережной – 189 человек. О том, как работал этот проект «Ночлежки», рассказывает его координатор Андрей Чапаев.

Ночлежка

Пункт обогрева «Ночлежки». Фото Платона Терентьева с сайта www.homeless.ru

У ваших пунктов обогрева — постоянные «клиенты»?

А. Ч.: Нет, люди меняются. Хотя есть какой-то постоянный костяк, кое-кто даже ночевал в нашей палатке всю зиму. Но весь холодный сезон к нам поступают звонки: «Я оказался на улице. Куда мне идти?», «У нас на лестнице ночует человек – куда нам его направить?», «Мы увидели человека, лежащего на улице – куда нам обратиться?» Приют «Ночлежки» практически всегда переполнен – достаточно сложно поймать момент, когда есть свободное место и заселить человека. Пункт обогрева на Расстанной улице находится в более удобном месте – рядом Московский вокзал, автовокзал, «Ночлежка», комплексный центр соцобслуживания, городской пункт учёта бездомных. И поэтому он пользовался большей популярностью. А Морская набережная на Васильевском острове, где стоял второй пункт обогрева, — это западная окраина города, там дальше только Финский залив.

Какие требования предъявляются к человеку в пункте обогрева? 

А. Ч.: Идея пункта обогрева в его максимальной доступности – чтобы в зимний период человек, пусть даже нетрезвый и без документов, ночью не замёрз, чтобы его спящего где-то не побили и не облили бензином и так далее. Единственные требования: чтобы человек не был агрессивен и чтобы он не был пьян до бессознательного состояния. При соблюдении этих простых условий в пункт обогрева может попасть любой человек. В случаях агрессии, если у нас заканчиваются слова убеждения, мы всегда можем позвонить в полицию и вызвать наряд. Наши пункты обогрева были установлены официально, совместно с администрациями районов, и представители органов внутренних дел были поставлены в известность, что на вверенной им территории стоят такие палатки.

Какие услуги оказываются человеку в пункте обогрева?

А. Ч.: В первую очередь человек получает безопасный и тёплый ночлег. Хотя, конечно, о комфорте тут сложно говорить. Кроме этого в пункт обогрева на Васильевском острове каждый вечер привозил еду наш мобильный пункт раздачи пищи бездомным «Ночной автобус». После нашей новогодней акции «Мандаринка и тушёнка», когда горожане жертвовали продукты питания и средства гигиены для того, чтобы собрать новогодние наборы для наших подопечных, у нас осталось много продуктов, и практически весь январь мы раздавали консервы и другие продукты обитателям пункта обогрева на Расстанной улице. Традиционно мы получаем помощь от благотворителей – в этом году мы подружились с компанией «Хлебный дом», которая теперь даёт нам для наших подопечных свою выпечку. И горожане приносят нам продукты быстрого приготовления или такие, которые можно долго хранить. Также с продуктами нам помогли наши давние партнёры – «Мальтийская служба помощи». Кроме этого в каждой палатке присутствует дежурный, который может дать бездомному человеку какую-то первичную ориентацию, подсказать, что делать, куда обращаться. Например, человек только приехал в город, с кем-то выпил на вокзале за приезд, и у него отобрали деньги и документы. Если он добирается до пункта обогрева, то там ему говорят, чтоб он обратился в «Ночлежку», и мы с помощью той же «Мальтийской службы помощи» можем, например, отправить его туда, откуда он приехал. Хотя это, конечно, оптимистичный сценарий, когда человеку есть, куда ехать. Ведь люди не от хорошей жизни приезжают в мегаполисы в надежде хоть как-то здесь устроиться.

Оказываете ли вы в пунктах обогрева медицинскую помощь?

А. Ч.: В оба пункта обогрева приходили медицинские работники – наши волонтёры – и оказывали нуждающимся доврачебную помощь. То есть, это общая терапия, обработка ран и тому подобное. В этом году нас появилось два волонтёра со специальным медицинским образованием, и это для нас большая удача. Ведь специалист может с большей долей вероятности определить какие-то заболевания или предпосылки к их развитию и настоять на том, чтобы наш подопечный обратился или в здравпункт для бездомных к небезызвестному Анатолию Евгеньевичу Курковскому. При угрозе жизни мы сами вызываем «Скорую помощь».

Почему один из пунктов обогрева – на Растанной улице – вы закрыли не 31 марта, а раньше, то есть досрочно? 

А. Ч.: Со стороны жильцов окрестных домов возникли жалобы. И потому пункт обогрева пришлось закрыть раньше запланированной даты. Мне это негодование непонятно. Во-первых, место для палатки было выбрано достаточно удобное – достаточно закрытый двор, рядом находятся заброшенное здание колледжа и здание комплексного центра социального обслуживания Фрунзенского района, в соседнем дворе находится городской пункт учёта бездомных. Во-вторых, пункт обогрева работал строго по часам: мы открывали его в 20-00 и утром, в 8-00 мы его закрывали, соответственно, наши подопечные с утра покидали это место и до вечера не возвращались. То есть они никому не могли мешать.

Вы пытались вести какой-то диалог с недовольными местными жителями?

А. Ч.: Эту функцию взял на себя комплексный центр социального обслуживания Фрунзенского района. Насколько я понимаю, их дипломатии как раз и хватило на то, чтобы пункт обогрева дотянул всё-таки почти до конца холодного сезона, то есть закрылся всего на две недели раньше запланированного срока.

А в предыдущие годы были подобные конфликты с гражданами?

А. Ч.: Надо сказать, что это в некотором роде уже традиция. Потому, что даже те горожане, которые готовы как-то поддержать кого-то, оказавшегося в трудной жизненной ситуации, хотят, чтобы непосредственная помощь оказывалась где-нибудь подальше от них самих. Но вот что странно: когда бездомные люди ночуют у них в парадных, они недовольны. А когда мы предлагаем альтернативный вариант – чтобы бездомные ночевали в специальном месте, где есть туалет, возможность умыться, получить медицинскую помощь, где есть дежурный, куда в случае конфликта может приехать полиция, и соответственно, обычные горожане меньше соприкасаются с этой проблемой – некоторые горожане оказываются тоже недовольны. Со второй палаткой ведь вышла тоже история, оставившая неприятный осадок. Мы долго выбирали подходящее место вместе с администрацией Василеостровского района и нашли его на Морской набережной. Но оказалось, что это место, куда жители города приезжают пожарить шашлыки, пострелять по бутылкам и полюбоваться видом на реку и на недостроенный стадион. Когда мы убрали нашу палатку, то вместе с сотрудниками дома ночного пребывания Василеостровского района убрали оставшийся мусор – и наш, и не наш. А потом поступает жалоба, что осталось огромное количество мусора. Одно из городских изданий опубликовало об этом заметку и проиллюстрировало её фотографией урны, вокруг которой разбросаны уголь для мангалов, стаканы из «Макдональдса» и прочие предметы, явно не имеющие отношения к бездомным. Мне кажется, это очередная попытка в какой-то проблеме выставить крайними бездомных, то есть тех, кто принадлежит к одной из самых слабо защищённых групп населения.

Много ли было неадекватных, конфликтных людей среди тех, кто в этом сезоне приходил в ваши пункты обогрева?

А. Ч.: Я бы не сказал, что много. Но если и были, то, как правило, это люди, которые не вполне понимали собственное положение, и что за учреждение их приняло. Таких были единицы. Возможно, это шоковые реакции на те ситуации, в которых они оказались.

Бездомных в Санкт-Петербурге десятки тысяч, а мест в пунктах обогрева и приютах – всего несколько сотен на город. Приходилось ли вам отказывать кому-то в ночлеге по причине переполненности палатки? 

А. Ч.: В этом сезоне у нас такой беды не было. Может быть, отчасти потому, что пунктов обогрева в городе было всё-таки больше, чем раньше: кроме двух наших палаток и палатки «Мальтийской службы помощи» были ещё два места, куда люди могли обратиться. И пункты обогрева были рассредоточены по разным районам. Но я уверен, что далеко не все нуждающиеся смогли дойти до пунктов обогрева – например, те бездомные, которые обитают на окраинах города. Естественно, было бы хорошо, если бы в каждом районе города был хотя бы один такой пункт. Впрочем, мы говорим об этом не один год, но дело продвигается медленно.

+ Комментариев пока нет

Добавьте свой

Leave a Reply