Как ресторан может стать источником социальных изменений в городе и причем здесь блокчейн


В конце прошлого года стартовал проект vmeste1000. Идея в том, чтобы собрать сообщество из тысячи единомышленников, каждый из которых вкладывает в проект 100 тысяч рублей. На собранную сумму в Москве создаётся ресторан, прибыль которого будет распределяться на поддержку городских социальных проектов. Кроме того, в нем планируют использовать блокчейн-технологии.

Сейчас в проекте 265 участников, среди которых известные рестораторы, предприниматели и представители шоу-бизнеса.

Во vmeste1000 участвуют четыре представителя фонда «Друзья»: Гор Нахапетян и Дмитрий Ямпольский (соучредители),  Алексей Марей( член правления) и Оксана Разумова (управляющий директор).

Некоторые участники Vmeste1000 являются попечителями фондов и основателями собственных проектов. Например, Светлана Терентьева — попечитель фонда «Спорт для жизни»; Михаил Крюков развивает проект доброволицы.рф;  Денис Старк — основатель экологического движения Мусора.больше.нет; Анна Гаан — идеолог Family Philanthropy Forum, Светлана Томашевская, исполнительный директор инклюзивного спортивного движения БольшеЧемМожешь.

Евгения Корытина, корреспондент «Филантропа» и автор Телеграм-канала #причинидобро поговорила с одним из авторов идеи vmeste1000 Жюльнар Асфари, автором идеи vmeste1000, исполнительным директором Центра содействия инновациям в обществе СОЛЬ, о том, как живет проект, пока не набралась заветная тысяча участников, о рисках и о новых возможностях, которые vmeste1000 открывает для всего российского  третьего сектора.

Жюльнар Асфари и команда проекта «Соль»

Идеологи проекта

Жюльнар Асфари — исполнительный директор центра содействия инновациям в обществе «СОЛь». Жюльнар успешно построила карьеру в финансовой сфере — в разное время занимала руководящие посты в American Express, KIT Finance Investment Bank and Broker и Связном банке. Последние 4 года работает в некоммерческом секторе.

Алексей Васильчук —— совладелец ресторанного холдинга RESTart Brothers, который объединяет рестораны и заведения различных ценовых сегментов от высокой кухни до демократичного фастфуда. В холдинг входят, например, Чайхона №1, Ruski, Insight,  ObedBufet и др. Брат Алексея Дмитрий тоже присоединился в качестве участника к проекту vmeste1000.

Сергей Солонин — предприниматель, инвестор, сооснователь и генеральный директор QIWI, глава Ассоциации ФинТех, один из ключевых инвесторов проекта Академия блокчейна в школе Scream School.

Тимур Бекмамбетов — кинорежиссер, продюсер, основатель российской производственной кинокомпании BAZELEVS и благотворительного фонда «Подсолнух». 

Жюльнар Асфари

Идея на миллион 

— Как живет проект, пока не набралась тысяча участников?

— Развивается. Vmeste1000 — это шоу-кейс как минимум трех социальных технологий. Первая — самоорганизация. Сам по себе сбор Тысячи, организация взаимодействия внутри сообщества — часть проекта и важный процесс. Люди, которые уже являются участниками, принимают решение по поводу включения новых членов. Алгоритм такой: человек, который хочет к нам присоединиться, подает заявку через сайт, заявка попадает в закрытую группу в фейсбуке, где участники высказывают свое отношение по поводу принятия нового члена. На данном этапе мы подошли к тому, что необходимо менять правила согласования кандидатур. Изначально, нужно было набрать не менее 10 голосов «за» и не более 10 аргументированных голосов «против». Поскольку сейчас в сообществе уже 241 участник (на момент публикации участников 265 — прим.ред), схема с 10 плюсами не работает, и будет учитываться процент от голосующих, например. Но принятие нового регламента голосования — тоже решение всего сообщества.

Как только мы перевалим треть, наберем 350-400 участников, мы займёмся обустройством помещения, которое уже начали искать. Мы уже выложили сообщение и в закрытой группе, и в открытой, что ищем пространство под ресторан, нам нужно 1000 кв.метров. У нас много участников, которые тем или иным способом связаны с  ресторанным бизнесом, они уже подключаются своими ресурсами.

Кроме того, мы собираемся делать открытую блокчейн-платформу, которую сможет использовать весь социальный сектор. Блокчейн как технология решает одну из самых сложных задач —  повышение доверия. Блокчейн-платформа может быть полезна, например, тем, кто распределяет гранты, да и просто тем, кто помогает финансово, потому что можно проследить как и куда средства распределены — все данные открыты.

— То есть вы планируете создать технологическую платформу, в прямом смысле программное решение?

— Да, платформа с открытым кодом, которая будет доступна всему некоммерческому сектору. Это вторая наша социальная технология. А третья — венчурная филантропия. Если говорить очень просто, то получается что 1000 людей скинулись и запустили продукт по устойчивой понятной бизнес модели, но не ради выгоды, а изначально с целью распределения прибыли на социальные нужды общества. Проект сразу создается с миссией улучшить жизнь вокруг себя через устойчивую финансовую модель.

— Как это может быть масштабировано?

— Может масштабироваться сам проект: vmeste100, vmeste500 в зависимости от города и идеи. Мы раскроем все карты: поделимся всем: наработками, инструментами голосования, формой отчетности, блокчейн-платформой.

Кроме того, есть гипотеза, что эти технологии сработают для культурных проектов, театральных площадок или кинотеатров.

Успешный кейс
 В украинском Ивано-Франковске в 2014 году открылся ресторан Urban space 100, инвесторами которого, как понятно из названия,  стали 100 человек. Идея проекта принадлежит платформе «Тепле мiсто»  Каждый, кто хотел стать участником должен был получить одобрение от 5 человек, которые уже присоединились к проекту и внести в капитал 1000 долларов. На собранные средства открыли ресторан, 80% прибыли которого направляется на развитие города. Уже профинансировано 38 городских инициатив — от проведения танцевальных фестивале и марафонов, то строительства инклюзивных детских площадок. В самом ресторане есть концертная площадка, радио-рубка и небольшой магазин дизайнерских вещей из местных мастерских.

На 1 сентября 2018 года запланировано открытие ресторана Urban space 500 по франшизе. Он будет расположен в Киеве и инвесторами станут 500 человек (на момент публикации количество участников 419 человек). Сумма взноса та же — 1000 долларов.

 

100 тысяч в помощь

— Давайте четко проговорим схему. Вот, например, у меня есть 100 тысяч рублей, и я решаю их все потратить на благотворительность. Передо мной встает выбор: просто отдать эти деньги тому, кого я считаю нужным поддержать, вложить в эндаумент или отдать во vmeste1000. В чем  разница?

—  Европейский подход описывает три формы благотворительности. Первая, самая простая — адресная помощь, по-английски charity. Если проводить аналогии, то это как раздать голодным рыбу. Следующая ступень — philanthropy — это создание ресурсных центров для charity. Другими словами — удочки, крючочки и все что нужно для рыбалки. А третья ступень — венчурная филантропия — это создание экосистемы. Пруды, ил, деревья посадить — все, чтобы рыба водилась в принципе.  Это похоже на матрешку, то есть каждая следующая ступень не отрицает предыдущей, а включает ее.

Адресная помощь позволяет разово получить результат и позитивные эмоции, которые сохранятся у вас на 6-10 часов, а потом вам снова нужно идти и зарабатывать эти 100 тысяч чтобы сделать следующее пожертвование.

В случае с эндаументом, вы отдаете свои деньги тем, чьи ценности и миссию вы разделяете, они эти средства инвестируют и распределяют доход на нужды фонда. Но вы в этом не участвуете, вы смотрите со стороны и получаете ежегодные отчеты.

В нашем же проекте вы изначально принимаете участие во всем сами — и на этапе создания, и на этапе распределения прибыли по грантам.

То, что мы делаем во vmeste1000, можно назвать постоянно возобновляемым краудфандингом.

— То есть из прибыли ресторана будут формироваться гранты?

— Да. Мы смотрим, какая у нас прибыль, и формируем из нее раз в квартал один или несколько грантов. Их объем и количество, думаю, будут увеличиваться по мере роста бизнеса. У нас будет разработан алгоритм подачи заявки на получение гранта и система голосования. Тысяча сама будет решать кому этот грант отдать.

— Но тема проектов, которые смогут претендовать на грант,  ограничена урбанистикой? На сайте сказано, что это должны быть «проекты, полезные городу и горожанам».

— Это может быть все, что связано с урбанистикой, с инициативами снизу и развитием территорий. Москва в этом смысле избалована инициативами сверху: столичное правительство очень активно взялось за изменения в городе. Но есть много сфер, куда власти не добрались и где важна инициатива горожан.

Жюльнар Асфари

— Как быть, если я вступаю в ваш проект,  а через полгода мне надоедает, и я хочу покинуть его, как я могу распорядиться токеном?

— Сумма пожертвования в 100 000 рублей остается у нас и не возвращается, поскольку это ваш благотворительный взнос. Токен — это физически актив, и теоретически его можно передать кому-то другому. Но это совершенно бесполезно, потому что каждый следующий участник должен пройти ту же самую процедуру согласования и внести свои 100 000, чтобы соблюдалось равенство процедуры для всех. Это очень важно — у нас все люди равны.

Алексей Васильчук
 «Я представляю себе, что это будет не просто ресторан, а новое общественное пространство. То есть там, конечно, будет вкусно и доступно — примерно средний московский ценник. Но там должно быть место для проведения встреч, площадка для лекций и концертов, мы даже хотим там сделать радиорубку, если денег хватит.  

Я надеюсь, что нам удастся все устроить так, чтобы известные повара из разных проектов могли бесплатно прийти и поработать в этом ресторане несколько недель, сделать свое собственное меню. Как волонтеры, на безвозмездной основе.

Мы уже выбираем место для будущего ресторана. Оно должно быть в пределах Третьего транспортного кольца, желательно недалеко от метро и на вылетных трассах или знаковых улицах, там должна быть парковка. Уже есть несколько вариантов — на Кутузовском, на улице 1095 года и возможно на Садовнической набережной». 

— То есть я также не смогу обзавестись двумя токенами?

— Нет. Один человек — один голос.

— Ресторан — непростой бизнес, что если нечего будет распределять?

— Как обычно ресторан работает? Первые клиенты — это ресторатор и его друзья.

А у нас тысяча основателей, а значит, друзей у нашего ресторана будет значительно больше.

Мы полагаемся на опыт управляющей компании — ресторанного холдинга RESTart Brothers: у нас будет вкусно, мы хотим чтобы у нас была открытая кухня, приезжали разные повара и проводили мастер-классы. Плюс мы планируем создать общественное пространство.

Сергей Солонин
 «Блокчейн будет использоваться во всей отчетности перед учредителями — чеки, бухгалтерия, закупки, финансы. Такой подход позволит создать прозрачную среду не только для участников проекта, но и для сторонних наблюдателей»,— Сергей Солонин в интервью изданию КоммерсантЪ. 

Участники проекта Vmeste1000

Венчурная филантропия

— Как проект оформлен юридически?  

—  Мы сейчас как раз смотрим, как это сделать понятно, прозрачно и чтобы сохранить  венчурную некоммерческую сущность. В российском законодательстве ограниченное количество форм юридических лиц. По сути мы автономная некоммерческая организация (АНО), и у АНО вроде бы нет ограничений на ведение ресторанной деятельности. Но прецедентов тоже нет.

— Расскажите подробнее про критерии отбора участников. Почему кому-то говорят «нет»?

— У нас не так много жестких критериев, но есть этический кодекс, и там прописано, например, что мы вне политики или что каждый участник должен быть готов к публичности. В форме заявки есть два крупных блока: нужно рассказать о себе и о своей мотивации для участия в проекте. Вот к мотивации все участники относятся очень внимательно, читают, обсуждают, внимательно смотрят страницу кандидата в Facebook. За все время не прошло 5 или 6 заявок и, как правило, был консенсус. Те кандидаты, заявка которых вызывает дискуссию, как правило в итоге одобряются, а в случаях, когда заявки отклонялись, как правило был консенсус.

— У сообщества есть модератор?

— Есть коммьюнити-менеджер, тот, кто занимается коммуникацией, размещает посты, снимает заявки с обсуждения. Но писать может каждый.

— У меня есть чатик группы детского сада, там значительно меньше тысячи человек, и тем не менее, там очень сложно с самоорганизацией.

— У  меня шестеро детей, и у каждого по такому чатику, плюс у каждого проекта по работе тоже своей чатик, так что я понимаю, что вы имеете ввиду. Мамские чатики по моему опыту самые сложные, особенно садиковские.

Но у нас во vmeste1000, возможно, из-за высокого уровня осознанности участников, вся коммуникация используется по назначению.

Пока мы в процессе разработки блокчейн- платформы, для коммуникации используется закрытая группа в facebook. Чтобы там ничего не потерялось, было правило: размещать посты могли только администраторы, а все обсуждение шло в комментариях. Если в комментариях появлялась новая тема, то она просто выносилась в отдельный пост. Когда все стало стабильно работать, мы открыли доступ к размещению постов для всех, но почти никто этой возможностью не пользуется, потому что система и так выстроена удобна.

Жюльнар Асфари с детьми

— Сообщество может сменить модератора группы?

— Конечно. Оно может даже сменить управляющую компанию ресторана.

Работа на будущее

— Как вы видите сроки реализации проекта?

— Сейчас по части сбора тысячи динамика медленнее, чем мы предполагали.  Мы хорошо стартанули, и ошибочно сделали выводы что такими темпами и дальше пойдем. Но на мой взгляд хорошо, что мы замедлились, это дает сейчас возможность работать со внешним миром, коммуницировать и более осознанно собирать эту тысячу. Мы уже начали искать помещение, и, как только оно будет найдено и утверждено и мы соберем 30-35% суммы, то начнем развивать площадку. На такую площадку в тысячу квадратных метров нужно около шести месяцев.

— То есть не принципиально дойти до тысячи, чтобы проект был заработал?

— Достаточно 30-40% для начала, и параллельно нужно добирать.  

— И ресторан будет жизнеспособен уже при 30-40 миллионах инвестиций?

— Чтобы девелоперить тысячу метров в Москве нужно куда больше 100 млн рублей. Но мы видим, что многие наши партнеры относятся к нам именно как к некоммерческому проекту и снижают свои рыночные аппетиты. Если мы в какой-то момент поймем, что тысяча не собирается, и мы застряли на пятистах, то нужно будет это обсудить с сообществом и принять решение, как поступать. Возможно, придется рассматривать меньшую площадку. Но пока мы чувствуем, что мы соберем.

— Как вы оцениваете риски проекта?

— Самый большой риск — замедление сбора Тысячи и сильное изменение сроков запуска.  Это может повлиять на энергию проекта, которая сейчас накапливается и собирается. Если все сильно затянется, то она начнет рассыпаться.

Мнение эксперта

Антон Меркулов, Со-основатель b2chain.io: «Идея хорошая и вполне возможно организовать для такого проекта решение на блокчейне. Но самая затратная часть — это фронтенд, то есть интерфейс для пользователя, который бы отвечал задачам проекта — прозрачности всех управленческих решений и финансовых потоков. Если оценивать стоимость создания такой болкчейн системы сейчас, когда еще слишком мало реализовано конкретных примеров в индустрии в целом, то начальные затраты оцениваются в сотни тысяч долларов». 

Как сейчас проект привлекает участников?

— В конце 2017 года у нас была пресс-конференция в ТАСС, и был мгновенный отклик. Мы сейчас вместе внутри закрытой группы обсуждаем коммуникационную стратегию. По моим личным ощущениям, в первую очередь все собирается как снежный ком — друзья, друзья друзей.

— Сколько времени вы вынашивали проект от зарождения идеи до той самой пресс-конференции?

— Хм…Примерно месяц.

— Как это развивалось? Презентовали проекты вы вчетвером — вы, Сергей Солонин, Тимур Бекмамбетов и Алексей Васильчук. Как случилось, что вы стали первыми снежинками в этом коме?

— С Сергеем Солониным мы уже четыре года партнеры по его социальным проектам. В его портфеле есть консорциум образовательных проектов (Британская высшая школа дизайна, Московская школа кино, Московская архитектурная школа МАРШ и Школа компьютерных технологий Scream School — прим.ред). Наша задача через развитие креатива поменять инфраструктуру, сектор и подход к образованию в целом. Нам интересно все, что связано с развитием осознанности, осознанным выбором, а этому места в обычной школе не находится.  

Я много участвую в международных сообществах и событиях, где-то видела похожие работающие модели, и в голове у меня, как конструктор, сложилась идея сделать такое общественное пространство, ресторан. Сергей был первым, с кем я обсудила эту идею.

Потом мы поговорили с Лешей и Тимуром. Мне кажется, творческие союзы — это как раз такие союзы равных, вроде того, что мы пытаемся создать. Кстати, Тимур уже использовал технологию блокчейн в творческом процессе — именно так, по сути, снимались «Елки».

В общем мы встретились и за один день все определили и оформили наше видение. Думали начать работу к весне. А потом Сергей позвонил и говорит: «Давай через неделю». Ну, и сделали.

 

+ Комментариев пока нет

Добавьте свой

Leave a Reply